– Чертовщина! – пробормотал он в ответ на взгляды молодых парней.
– Да уж, повеселились хозяева! – поддакнул Жора Кучков, бывший VIP-охранник: до службы в ФСФР он работал в Управлении охраны правительства.
Кирилл не стал пояснять, что имел в виду другое, обошел все четыре комнаты Лаврика, постоял в задумчивости у разбитого вдребезги процессора (Лаврик будет сильно огорчен, однако) и только тут определил, что его смущало все это время: мухи! Точнее, их полное отсутствие! Когда они спешно покидали квартиру вслед за капитаном Утолиным, по всем комнатам бомбовозами летали мухи.
Теперь их не было видно ни одной.
Еще раз обойдя комнаты и не обнаружив надоедливых насекомых, Кирилл махнул рукой, направляя сопровождающих его оперативников к двери, и вышел сам. Аккуратно запер дверь. И подумал, что Лаврику возвращаться сюда не стоит. Его квартира стала мертвой, кто бы что под этим ни подразумевал.
Кирилл вернулся на работу, снова занялся делами. В его отсутствие ничего особенного не произошло.
Лаврик никуда не выходил, кроме столовой, принадлежащей управлению, и полковник отозвал приставленнного к компьютерщику охранника.
В шесть часов вечера Киндинов сам зашел к нему в кабинет, хмурый и озабоченный. На оценивающий взгляд Тихомирова он криво улыбнулся:
– Зря я, наверное, влез в это болото. Долгов сказал, что уволит, если я буду продолжать в том же духе."
"– Что он имел в виду?
– Не знаю.
– Сам виноват, – отрезал Кирилл. – Интерес, даже сугубо научный, вполне может быть преступным.
Только маньяк не думает о последствиях своих «научных интересов». Ты маньяк?
Лаврентий озадаченно почесал щетину на щеках.
– По-моему, нет…
– А по-моему, да! Умный человек сначала бы прикинул степень опасности предлагаемой работы, а уж потом брался бы за нее.
– Что же мне теперь, бросить доводку ПН?
– Возможно, это был бы лучший выход из положения.
– Но капитан говорил, что это не поможет, нас все равно ограничат, как он выразился.
– То-то и оно. Придется идти до конца… с перспективой этого самого конца не дождаться.
– Я думал…
– Да брось ты – думал, – усмехнулся Кирилл. – Есть такая поговорка: англичанин мыслит сидя, француз стоя, американец прохаживаясь, а русский думает потом. Это про тебя. Ты готов?
Лаврентий встрепенулся, похлопал себя по карманам.
– Да, я сдал дела и забрал свои блины. Надо бы заскочить домой, переодеться…
– Я у тебя был, собрал кое-какие вещи, одежду, вон сумка стоит. Но тебе там появляться не стоит.
