Они пили хорошее вино, выбирали закуску и еду, соки и фрукты и вели себя так, будто находились на отдыхе где-нибудь на Кипре или на Филиппинах, в пятизвездочной гостинице.
И Кирилл, и Лилия понимали, что их отдых может закончиться в любой момент, поэтому пользовались «гостеприимством» оператора Диаблинги на полную катушку и не заглядывали в будущее, не рефлексировали по поводу своей зависимости от расчетов «высших» существ.
Кирилл так и не решился рассказать Лилии о том, что произошло на самом деле, поэтому она не узнала, что умерла и воскресла лишь благодаря ему.
Впрочем, Кирилла это не волновало. Гораздо важнее было то, что она осталась жива.
Лилия ловила каждое его слово, каждый взгляд, реагировала на каждое движение, и он был счастлив как ребенок, оставив за порогом души все сомнения и тревоги. Они были вместе, и это обстоятельство решало в данный момент все.
Лилия не поняла, как они попали в гости к оператору иезода, поэтому Кириллу пришлось сочинить правдоподобную историю и быстро перевести разговор на другую тему.
Лгать он не любил даже с благими намерениями, во имя спасения.
Они говорили обо всем, что приходило в голову, вспоминали друзей и знакомых, обсуждали свое положение, а потом некоторое время вообще молчали, жадно принимая ласки друг друга и не думая о том, что за ними неусыпно наблюдает компьютер «гостиницы». И снова говорили, счастливые близостью тел и близостью душ.
Однако долго их счастье продолжаться не могло. В тот момент, когда Кирилл пресытился ожиданием беды и собрался вызвать для прямого разговора Диаблингу, за окном спальни появился таинственный четырехмоторный самолет, названный компьютером иезода джокер-фантомом.
– Что это? – удивилась Лилия, разглядывая парящую в воздухе серого цвета машину с лениво вращающимися винтами.
Кирилл пристально вгляделся в кабину пилотов, за стеклом которой никого не было видно. Показалось, что кто-то зовет его тоненьким детским голоском.
Лилия посмотрела на мужа, и он прижал палец к губам, призывая ее молчать.
Внезапно в борту самолета беззвучно открылся люк. Проем люка покрылся сеточкой электрических разрядов, и сквозь них проглянуло чье-то лицо. Лицо капитана Утолина!
Лилия открыла рот, но Кирилл быстро прижал к ее губам ладонь, покачал головой.
Утолин махнул им рукой, потом жестом показал, что надо открыть окно.
Кирилл кивнул, вызвал обслуживающий комнату автомат и равнодушным тоном попросил отворить окно.
– Не велено, – ответил компьютер не менее равнодушно.
