Первая комната оказалась широкой и сырой, высотой в четыре моих роста – едва-едва достаточно, чтобы вместить сфинксов. Внизу собиралась прохлада, а поясницу мне обдувал теплый воздух. В темноте появился тускловатый зеленый свет, и я увидел очертания сфинксов: они сидели, повернувшись друг к другу, над большой ямой, наполненной серебристой жидкостью. Гамак с Дидактом висел между ними в нескольких сантиметрах над поверхностью этой жидкости. Я присел как можно ближе к краю – насколько хватило смелости.
Вокруг меня в течение нескольких минут стояла тишина.
Потом трескучий голос снова обратился ко мне:
– Предтеча, ты присутствуешь при этом возвращении?
Я попытался отступить, но хлынувший с потолка яркий белый свет буквально пригвоздил меня к месту, парализуя волю.
– Ты присутствуешь?
– Присутствую, – ответил я тихо, с дрожью.
– Ты выступаешь за возвращение?
– Я… не знаю…
– Выступаешь?
– Выступаю… за возвращение.
– Ты поддерживаешь решение вернуть Дидакта из вечного покоя?
Сморщенное тело казалось совершенно безжизненным.
Не означает ли это, что Дидакт будет воскрешен? Меня учили, что это невозможно. Я определенно не понимал ничего из того, чему был свидетелем, но я твердо выучил урок, чтобы ответить просто:
– Я поддерживаю решение.
Сверху медленно, увеличиваясь в размерах, спустились четыре ленточные секции персональной нательной брони, рассчитанной на полноправного прометейца. Части нательной брони зависли по сторонам гамака, из них выпустились длинные прозрачные щупальца, которые быстро наполнились трехцветной жидкостью – основные электролиты и питательные вещества, необходимые в долгом путешествии.
Большинство типов нательной брони Предтеч могли автономно поддерживать жизнь своего носителя в течение нескольких лет.
– Приблизься, – сказал голос. – Дидакт сейчас в другом мире. Подай ему оживляющие снадобья.
Меня охватила дрожь, но я все же вошел в бассейн и сделал несколько шагов по серебристой жидкости. Ногам стало тепло. Щупальца потянулись ко мне, но я не почувствовал агрессии.
"
"Сфинксы растянули сеть так, что она раскрылась сверху, явив моему взору свернувшуюся кольцом фигуру. Теперь я впервые увидел лицо Дидакта. Оно и в самом деле было сильным, кожа плотно натянута на естественный череп.
– Используй электролиты, – сказал голос.
Щупальце, наполненное красным, протянулось в мою сторону, и я ухватил его.
– В рот? – спросил я.
– Протолкни через губы. Это даст дегидрации обратный ход. Стазис будет приостановлен.
