— Если его застрелил ваш муж, — сказал Мейсон, — он мог бы это сделать из этого револьвера, но муж говорит, что он не убивал его.
— О таких вещах муж не будет говорить неправду.
— В таких случаях многое происходит совершенно по-другому, — заявил Мейсон. — Когда жизнь человека в опасности, он идет на все.
Слезы появились в глазах госпожи Уоррен."
"— Вы, действительно, считаете, что жизнь его в опасности, — спросила она.
— Да, считаю, — ответил Мейсон.
— И это… и это моя вина, — всхлипывала Лорна. — Я…
— Поймите одну вещь, госпожа Уоррен, — сказал Мейсон.
— Когда вода течет вниз через дамбу, вряд ли можно заставить ее двигаться в обратном направлении. Принимайте события такими, какими они есть. Концентрируйтесь на настоящем, забудьте прошлое.
— Деньги вы Гидеону не отдавали?
— Ни цента.
— Вы говорили, что у вас есть для него некоторая сумма?
— Да, по телефону. Я сказала, что у меня есть для него деньги, не так много, как хотелось бы. Но больше, не привлекая других, я собрать не могла. Я начала говорить ему о своем сожалении по поводу невыполнения его инструкций относительно изъятия денег из сейфа и скрытого хранения их.
Я сказала, что, если бы полиция нашла у меня эти деньги, я попала бы в большую беду. И затем, когда я встретила его, господин Мейсон, я прочитала в его взгляде, что он тогда надеялся полностью запутать меня, чтобы у присяжных появились симпатии к нам обоим и они освободили бы нас.
И на самом деле, дела против нас были настолько несхожи, что присяжные освободили меня и осудили его.
Но если бы наши дела более тесно переплетались, я не знаю, что бы случилось. Внезапно у меня пропало к нему чувство непомерного восхищения, и передо мной открылся красноречивый мошенник.
— Не помните, как долго вы с ним разговаривали!
— Минуту или две.
— Он вам не рассказывал, что он делал после выхода из тюрьмы?
— Нет.
— Вам Гидеон звонил только один раз? — спросил Мейсон.
— Да, один. После суда и заключения его в тюрьму я ничего не слышала о нем. Он позвонил мне один раз по выходе на свободу.
Я уже говорила, что очень нравилась ему. Он не хотел, чтобы мое имя трепали в газетах.
— Конечно, не хотел, — сказал Мейсон, — потому что собирался шантажировать вашего мужа.
— Он хотел… Что?
— Шантажировать вашего мужа. Именно это было у него на уме. Он…
— Он не мог сделать этого, не мог пасть так низко!
— Не дурачьте себя, — сказал Мейсон. — Гидеон пришел ко мне в офис и пытался заставить меня получить для него деньги у вашего мужа.
