"
"Конечно, все это было красивой и стройной теорией, а вот как оно будет на практике? Там-то, без сомнения, будут самые невероятные сложности, из которых Старикову и Лысухину придется выпутываться все тем же путем импровизации. А иначе — никак.
— А если партизаны или, скажем, наши солдаты не поверят тем карателям или диверсантам? — усомнился Лысухин. — И перестреляют их как куропаток? Между прочим, десять к одному, что не поверят. С какой стати они должны им верить? Проще — перестрелять.
— Надо сделать так, чтобы поверили, — сказал человек в маскировочной одежде.
— Первомайскую песенку им спеть хором, что ли? — иронично спросил Лысухин. — Так ведь все равно не поверят. Песенки могут петь и фашисты. Доводилось мне слышать…
— Пароль, — отозвался молчавший до сей поры Стариков. — Нужен пароль. Такой, чтобы его знали и партизаны, и наши солдаты, и, конечно, диверсанты с карателями. Тогда, я думаю, никто никого не перестреляет.
— Да, пароль, — согласился человек в маскировочной одежде. — Что ж, давайте прямо сейчас его и придумаем.
И мужчина выжидательно взглянул на Лысухина.
— Это нам запросто, — ответил Лысухин. — Сейчас изобразим.
Лысухин откинулся на спинку скамьи, на которой сидел, и стал смотреть на потолок, напевая при этом слова шальной, бесшабашной песенки: «Иволга — птица залетная, иволга — птица любви, ты мне под песенку иволги…» Пел и размышлял он недолго.
— Вот — придумал! — радостно крикнул он. — Привет от иволги — чем не пароль? По-моему, очень даже замечательный пароль.
Диверсанты, значит, крикнут этот пароль, а наши бойцы в ответ скажут отзыв. Допустим такой: «Иволги здесь не водятся». И все будет в порядке! Главное — запомнить легко и пароль, и отзыв. Да и к тому же красиво. Привет от иволги, а? От такого пароля веет мирной жизнью и женщиной. В конце концов, за что мы воюем? За мирную жизнь и женщин — разве не так?
На это ни полковник Корчагин, ни мужчина в маскировочной одежде ничего не ответили. Мужчина взглянул на Старикова. Тот перехватил его взгляд и едва заметно кивнул.
— Что ж, пускай будет привет от иволги, — сказал мужчина. — Отзыв тоже сгодится. А заодно это будут и ваши позывные. Значит, Стариков — иволга один, а Лысухин — иволга два. Товарищ капитан, вы не возражаете?
— Ничуть, — отозвался Лысухин. — Но у меня имеется вопрос. Ладно — наши солдаты, но каким таким образом узнают пароль далекие партизаны?
— Ну, это уже наша забота, — ответил мужчина. — Теперь поговорим о ваших легендах.
