Древние римляне выделяли на каждые 8-10 бойцов по одной кожаной такой «штуке», которую тащил на своем горбу приданный им мул. Вместе с кольями веревками. Но кожа дорогое и тяжелое удовольствие. Поэтому Андрей решил использовать крепкую льняную саржевого плетения ткань, пропитанную с одной из сторон вареным льняным маслом. В несколько слоев. Что превращало ее в… клеенку. Примитивную, архаичного типа клеенку. Ведь вареное льняное мало на свежем воздухе медленно полимеризуется. Со всеми, как говорится, вытекающими последствиями.
Что позволяло изготовить палатку существенно легче, в несколько раз быстрее и кардинально дешевле.
– Удостоверился? – поинтересовался Андрей, когда Андроник в очередной раз потер пальцами материал палатки.
– Такая забота о простом воине…
– Ты ведь следишь за своим мечом, не так ли?
– Так.
– Для настоящего полководца его истинный меч не тот, что висит на поясе, а вот они… все они. Они твой меч. Твое копье. Твой лук. Твой щит. На мгновение забудешь об этом – и не заметишь, как все потеряешь.
Многие полководцы закачивали свою путь очень печально из-за того, что их истинный клинок разъедала ржавчина и залепляла грязь.
– Ты мудр не по годам, – произнес из-за спины архиепископ. Православный. Местный. Который все это время, как оказалось, ходил следом и молча наблюдал… слушал за тем, что Андрей говорит да показывает своему союзнику.
Князь кивнул, но отвечать не стал.
Это пристальное внимание со стороны местных иерархов церкви немало напрягало. К счастью его войско греческого не знало, равно как и армянского.
Из-за чего эти иерархи не могли пока что начать обрабатывать бойцов. Но долго засиживаться здесь не следовало. В Константинопольском патриархате хватало тех, кто знал русский язык. А все его бойцы, включая пленных западноевропейцев за минувшие полтора года маломальски язык этот выучили.
Запретить православным священникам общаться с его людьми он не мог. В конце концов они пусть и сложные, но союзники. Парировать же их, неподконтрольное ему влияние он тоже не мог.
На весь легион у него имелся только один архиерей с тремя служками. Все они были из числа бойцов и в их личной преданности Андрей не сомневался. Но их мало… их очень мало… Да и мало ли манипуляций, позволяющих убеждать делать что-то прикрываясь благими намерениями?
Поэтому Андрей и планировал начать движение как можно скорее. Что должно было технически осложнить влияние третьих лиц на его легион…
– Легион… – тихо произнес Андрей, следуя мимо своих людей.
