Филипп за них решил взяться очень основательно. Так что ты можешь не волноваться – они в последнюю очередь отправят свои корабли на Балтику.
– А я бы отправил. Чтобы покончить с угрозой со стороны Швеции на время.
– У тебя взрослый сын. И твое пленение или гибель ничего не решит.
– Допустим. Но зачем ты меня пригласил сюда? Твое приглашение выглядело очень… хм… сомнительным…
– Но ты приехал. И поэтому я готов поддержать твои права на старые Новгородские земли. И обязуюсь тебя поддержать в случае, если датчане на тебя решат напасть.
– Я не хочу ввязываться в войну с Москвой.
– Новгород сам падает тебе в руки. Как перезрелое яблоко. Помещики собраны в руках Царя и в целом сильно раздражены. Говорят, в полках волнения. Особенно после Смоленской битвы. Вряд ли они станут сражаться за Иоанна.
– Ты забываешь о молодом Палеологе.
– Зачем ему вмешиваться?
– Нарушен Божий мир. На его жену покушались.
– На жену, но не на детей.
Да и не я это делал, а лукавые иноземцы, что пытались его отвлечь от Крестового похода. И вообще, он, сказывают, высадился во Фракии. А значит будет забирать Константинополь и возрождать ромейскую державу. Разорваться и быть всюду он не сможет. И тот куш слишком соблазнителен, чтобы броситься спасать Иоанна.
– А если сможет? Он ведь опасен. Очень опасен.
– Опасен. Согласен. Но не всесилен. В конце концов, с ним мы не воюем.
– Он подданный Иоанна.
– Лишь в крошечном графстве на границе Дикой степи.
Но с какой стати он с них должен ему службу всем легионом? Выставит несколько десятков наемных татар – и довольно. Это будет вполне по законам Московии. Или вообще ничего выставлять не станет, так как вообще-то его сюзерен отправил его в Крестовый поход. И он покамест в нем. С какой стати ему все бросать и бежать домой? Разве его дому кто-то угрожает? Магнаты специально на каждом углу болтают – в Тулу – не ногой.
Дабы каждый шляхтич или кто иной ясно понимали, что делать нельзя.
– Хм. Допустим меня это заинтересовало. А ты что себе хочешь взять?
– Смоленск, Псков. Нарву же вернуть Ливонии и принять от нее вассальную зависимость. Вместе мы лишим Иоанна выхода в Балтике и Белому морю. И заставим торговать персидскими товарами через нас. Собственно, Москве угрожать или тем более Туле я не собираюсь…
Густав задумался.
Соблазнительно.
