Пока кулек закипал, из второго берестяного куска, обрезав сколотым камнем неровные края, она сложила стаканчик, загнула края со всех сторон и скрепила их слегка надрезанной щепой. В него юная шаманка и слила густой отвар, придерживая щепочкой гущу, чтобы не проскочила.
Заваривать травы – не самый хороший способ для снадобий, делать настойку надежнее. Но ждать, пока травы отдадут свою силу в холодную воду, у Митаюки не было времени. Пришлось делать наспех – но добавлять трав побольше, дабы зелье вышло действенным.
Ее стараниям никто не мешал. Над острогом сгустились сумерки, все работы прекратились, дикари собрались возле больших костров, на которых жарились какие-то туши. Что-то пили, переговаривались, смеялись, иногда пробовали петь. Отдыхали…
Пленница, стараясь быть тихой и незаметной, скользнула к воинам, протиснулась меж ними за спину бородачу с серьгой, лизнула свою ладонь и, даже не останавливаясь, мимоходом провела ею по его плечам – тут же ушла дальше, пока никто ничего не заподозрил.
Опять вернулась к дальнему костру, в свете огня осмотрела пальцы. Разумеется, на них осталось несколько волосков. У людей всегда выпадают волосы, прилипая к одежде, и если хочешь делать наговор на плоть – добыть несколько волос с плеча проще всего.
Свой волос Митаюки тоже не выдергивала, а сняла с кухлянки, скрутила вместе с дикарским, нашептывая заговор на связывание плоти, быстро провела рукой над огнем. Сама не обожглась – а тонкие волосы опалились. Растерев их, шаманка бросила пепельную пыль в зелье, размешала.
Уколола край пальца, уронила несколько капель крови, продолжая напевно призывать ночную богиню и лисицу-праматерь, дарующую плодородие. Растерла и опустила в стаканчик несколько утаенных ягод, сделала пару глотков.
Зелье пахло медом, имея чуть горьковатый, слабо-ореховый вкус. Похоже, все правильно… Если старая шаманка, учившая их травам и заговорам, сама ничего не напутала.
Митаюки мигом отогнала мысль об ошибке – она могла слишком дорого обойтись.
Взяла стаканчик и опять направилась к веселящимся дикарям, рассевшимся на бревнах у огня и уже начавшим срезать с туши прожаренные куски мяса. Пройдя перед костром, девушка опустилась перед бородачом с серьгой на колени и с поклоном, двумя руками, протянула ему стаканчик:
– Выпей!"
"Понять юную шаманку воин, конечно же, не мог, но Митаюки использовала все свои силы, все свое умение повелевать другими живыми существами, все свои способности.
