– Благодарствую, хозяюшка, – низко поклонилась Митаюки, жестом позвала за собой паренька и пошла в указанном направлении.
Так, переходя от чума к чуму, сетуя на плохую охоту, на разгул расплодившихся дикарей и беспокоясь о спокойном ночлеге, юная шаманка узнала, что воинов в селении не просто всего полсотни осталось, но и то, что из них только с десяток опытных, а остальные – юнцы совсем, только-только драться учатся. Что из умелых шаманов в святилище остался лишь один да несколько его учеников. Талантливых, но – всего лишь учеников.
Что изрядная часть мужчин полегла в схватках с бесчисленными кровожадными дикарями, настолько тупыми, что колдовству не за что зацепиться в их разуме, и давящими самых могучих воинов своим числом, заваливающим их своими мертвыми телами, отчего сир-тя просто задыхаются под тяжестью вражеских трупов…
Когда шестая собеседница внезапно заинтересовалась бивнями – Митаюки чуть не выругалась, столь большим было ее разочарование. Но никуда не денешься. Обещала – надо меняться.
Вместе с пожилой хозяйкой они отправились к озеру, Маюни откинул рогожу, показывая товар.
– Эка какие! – восхищенно цокнула языком женщина. – Я и не думала, что столь огромные бывают!
– Неподалеку от нашего дома утонул, – поспешила развеять любые подозрения Митаюки. – Отец токмо и успел два рога отломать да мяса чуток срезать, а опосля пропала туша.
– Нуеры, вестимо, утащили, – охотно поверила в историю явно знатная здешняя сир-тя. – Они как за тушу драться начинают, окрест токмо деревья трещат.
Ладно, так и быть, сговоримся. Но токмо при условии, что вы их до чума донесете и по сторонам от входа стоймя вкопаете!
– Воля твоя, хозяйка, – кивнула Митаюки. – Все сделаем!
По очереди дотащив тяжеленные бивни до нужного дома, молодые лазутчики чуть передохнули, после чего взялись за работу: юная шаманка, стоя на коленях, рыхлила острым камнем землю, Маюни ее выгребал. Пожилая сир-тя ходила рядом и, видя, как споро продвигается работа, довольно потирала руки:
– Муж вернется – ахнет!
– Чум у тебя богатый, хозяйка, – не переставая рыхлить утоптанный песчаник, польстила Митаюки.
– Видно, что муж вождь великий. В поход, вестимо, ушел?
– Нет, к соседям на Белое озеро с верховным шаманом поплыл, помощи просить, – ответила сир-тя. – Совет молчит почему-то. Поначалу мудрейшие из мудрейших нас защитить согласились, даже шаманы сильнейшие к нам сюда собрались. Однако же мудрецы сии ныне куда-то пропали. Передумали, вестимо. Приходится иных помощников искать.
