Ей было страшно, что она угодила в очередную ловушку: кроме подозрений, что Джастин видит в ней исключительно обладательницу больших денег, что-то еще смущало в нем Маргерит — какое-то странное — несоответствие, которое она не могла сформулировать.
Хитроу гудел, как пчелиный улей. Маргерит устало искала глазами в снующей туда-сюда толпе Дорис. Она приехала в аэропорт прямо из офиса и теперь чувствовала себя неуютно в своем деловом костюме среди людей, явно собравшихся на отдых.
Легкое прикосновение к плечу заставило ее обернуться. Маргерит оглянулась, и в глазах у нее потемнело — рядом стоял Джастин! В отличие от нее он оделся так, как полагается человеку, отправляющемуся в отпуск.
Сердце Маргерит запрыгало в груди, она не могла проронить ни слова и только молча смотрела на него. Молчание длилось почти минуту, после чего Маргерит неловко наклонилась за чемоданом, чтобы скрыть свое замешательство.
— Оставь! Это моя забота! — остановил ее Джастин.
— Я в состоянии справиться сама, — попыталась возразить она.
— А я разве спорю? — насмешливо спросил он. — Но коль скоро мы с тобой влюбленная пара, предоставь мне за тобой ухаживать. Пойдем! Дорис и Хьюго ждут нас в баре.
Он без малейшего усилия поднял чемодан и, чуть замедляя свой широкий шаг, чтобы Маргерит успевала за ним, двинулся вперед.
— Билеты я уже зарегистрировал, так что у нас есть немного свободного времени.
Это же заговор! — возмутилась Маргерит.
Билетами и прочими организационными вопросами занималась Дорис, а я лишь выписала ей чек на расходы.
Маргерит стало не по себе оттого, что она снова оказалась игрушкой в играх этого человека. Она наняла его, чтобы оградить себя от посягательств другого мужчины, а в результате сама оказалась в капкане. А ведь до этого все, казалось, шло как надо: все друзья-мужчины Маргерит были намного старше ее и состояли в удачном браке либо были слишком молоды, чтобы обращать на нее внимание как на женщину.
— Что-нибудь выпьешь? — спросил Джастин и как бы между делом поцеловал Маргерит в полуоткрытые губы. — Ах ты, моя сладкая! — промурлыкал он, отстраняясь.
Дорис и Хьюго с любопытством взирали на эту сцену. Маргерит от злости и смущения покраснела. Дорис и Хьюго и без того считали их любовниками, так что никакой необходимости разыгрывать любовные сцены не было.
