– Члены кровавой секты не прочь повеселиться?
– Участвовать в буйных вечеринках велит один из священных догматов «Багровой Руки», – пояснил Алек. Поймав озадаченный взгляд Хелен, он продолжал: – Так говорится в «Красных свитках магии». Это их священная книга. Я… э-э… дам тебе почитать.
Он сунул Алине свой телефон с картинками, присланными Изабель, а та, не спрашивая у владельца разрешения, передала его Хелен.
Хелен нахмурилась.
– Последняя заповедь приказывает не бросать детей в одиночестве, – произнесла она.
– Это звучит… как-то странно, но мило, я бы сказала. Необычно для демонического культа.
– Мило, ты так считаешь? – негромко спросил Алек.
Все, что касалось Магнуса, было необычным, но милым. Алек не произнес этого вслух, поскольку Хелен наверняка восприняла бы его слова как доказательство вины чародея.
– Мори Шу был убит вампирами, – резко произнесла Хелен Блэкторн. – Насколько мне известно, ни Малкольм, ни Барнабас Хейл, ни Гипатия Векс – те маги, которые присутствовали на вечеринке и которые обладают достаточным могуществом, чтобы возглавить культ – не склонны иметь дело с вампирами.
В то время как Магнус Бейн – и это все знают – имеет связи и даже романтические отношения с самыми кровожадными вампирами нью-йоркского клана. А кучка вампиров из Нью-Йорка как раз посетила тот самый бал-маскарад, где мы должны были встретиться с Мори Шу. И где Мори Шу был убит прежде, чем успел рассказать мне то, что ему было известно.
Алек усмехнулся про себя, услышав рассуждения о том, что Магнус связан романтическими отношениями с преступными элементами из расы вампиров.
Ему показалось, что чародей относится к Лили, Эллиотту и прочим как к забавным капризным ребятишкам.
С другой стороны, он почти ничего не знал о личной жизни Магнуса. Магнус многое открыл ему из своего прошлого во время их совместной поездки – но ни слова не было сказано о его прежних возлюбленных.
Молодой человек постарался отогнать неприятную мысль.
– Рафаэль и Лили никого не убивали на той вечеринке.
– А это еще кто такие? – нетерпеливо воскликнула Хелен. – Это вампиры?
– Рафаэль Сантьяго – совершенно точно вампир, – вмешалась Алина, потому что Алек молчал.
– Ты их тоже хорошо знаешь, так, что ли?
– Нет, – ответил Алек.
Хелен и Алина уставились на него с одинаковым озабоченным выражением на лицах. Алеку не нужны были ни слова, ни взгляды, чтобы понять, как плохо все это пахло. Пахло это очень плохо.
Магнуса по-прежнему не было видно.
