– Что не станешь избегать меня и дрожать как испуганный зверек каждый раз, когда я буду рядом.
– Я убила жениха голыми руками, – тихо сказала Ромэйн. – Думаешь, сумеешь напугать меня больше, чем я пугаю сама себя?
Хэль продолжал выжидающе смотреть на нее.
– Клянусь, – нехотя сказала она. – Клянусь, что не стану тебя бояться, избегать и…
– Этого хватит. – Хэль откинул волосы за спину и продолжил: – Я вышел из моря крови и тел, обрел разум, истребляя более слабых демонов, и стал одним из генералов Фаты. Мой мир жесток, уродлив, и единственное, что в нем имеет значение, – это кровь, потому что кровь – это сила.
Ромэйн слушала его затаив дыхание.
– Упорядоченное – это твой мир, и мы веками использовали его как охотничьи угодья. Пока человечество разводило скот, мы так же разводили людей: оставляли их в покое на несколько десятков лет, позволяли им плодиться и размножаться, а потом вихрем проходились по землям Упорядоченного, упиваясь кровью.
– Не может быть…
Ромэйн попятилась было, но Хэль схватил ее за руку и притянул к себе.
От него снова пахло зверем: мокрой шерстью и мускусом."
"– Правда оказалась не такой привлекательной, как ты думала? – Его лицо исказила кривая ухмылка.
– Правда всегда уродлива, – ответила Ромэйн, выпятив подбородок. – Продолжай.
– Люди мечтали от нас избавиться. И кто-то из них преуспел в этом. – Халахэль отпустил Ромэйн и отвернулся от нее. – Одна из генералов была очень любопытной. И ее любопытство стоило демонам свободы.
Он замолчал. Ромэйн ждала.
– Что было дальше? – она не выдержала первой.
– С ее помощью кто-то запечатал врата Фаты: демоны больше не могли перемещаться меж мирами и остались наедине друг с другом и голодом. Но они снова здесь. Я их чувствую.
– Погоди, если врата были запечатаны много лет назад, то как ты оказался в моем мире? – Ромэйн отчаянно пыталась все понять и ничего не упустить.
– Не знаю. – Хэль взглянул на нее через плечо. – Я понятия не имею, как мой саркофаг очутился здесь, как не имею понятия о том, кто обладает могуществом, достаточным для того, чтобы запечатать Черную Мать в Фате.
Но мирное время закончилось, – добавил он жестко, – если врата откроют, в Упорядоченное хлынет поток низших демонов, которые столетиями голодали.
– Ты говоришь так, словно будешь не рад, если врата откроют, – заметила Ромэйн. – Ты сможешь вернуться… домой.
– Домой? – Халахэль рассмеялся и повернулся к ней. – Мой дом там, где находишься ты, маленькая леди.
Он шагнул к ней и взял за руку.
