— Не сбежишь, угнав раритетную тачку?
— Только если вместе с тобой!
Я снова оглянулась на большой белый шатер, который еще вчера установили специально для нас. Все произойдет там. Всего несколько часов, и я стану Дымовой. Петра Дымова... Непривычно.
— Я почему-то ни капли не волнуюсь. Это ведь ненормально для невесты? Я сейчас должна суетиться, бегать по комнате, а мама с Наташкой должны меня успокаивать…
— Петра, я думаю, такое слово, как «норма», к тебе вообще неприменимо. А не нервничаешь потому, что и без этой прекрасной церемонии ты уже моя жена.
И прекрасно знаешь, что это просто праздник для тебя и меня и для наших родных. В нем нет сакрального смысла.
Взгляды Дымова на брак за последние месяцы никак не изменились. И вряд ли вообще когда-то изменятся. И от этого еще ценнее все то, что он для меня делает.
Нам приходится отойти в сторону и уступить дорогу великолепным красавцам, которые, медленно шурша резиной по асфальту, направляются в город забирать гостей. Не всех, конечно, многие уже заехали в отель при гольф-клубе.
— Похоже, тебя сейчас украдут. — Дима кивнул на приближающуюся к нам Швецову. — А я пойду проведаю Пашку. А то как бы Катя не осталась вдовой до замужества.
Двоюродная сестра Дымова приехала вчера вечером вместе со своим женихом, милым, но довольно неуклюжим парнем, который чем-то отравился по дороге в гольф-клуб, а может, что-то не то в самолете съел. Хотя питались они с Катей одним и тем же. Ночью ему вызывали скорую, так что Катя может и вовсе пропустить нашу свадьбу, но это, конечно, не главное.
Главное, чтобы с ее женихом — у них свадьба в конце года — все было хорошо.
Двоюродная сестра Димы мне сразу понравилась: умная, с живой мимикой и прекрасным чувством юмора. Люблю такой тип женщин — активных, волевых, которые не сидят на шее у своих мужчин. Они с Дымовым внешне похожи совсем чуть-чуть, но порода все равно чувствуется — гордые оба, с характером, со стержнем внутри.
Швецова и правда забирает меня готовиться к церемонии, и я отдаюсь в руки профессионалов.
Совсем немного времени осталось только для себя, и сейчас, когда сижу в мягком кожаном кресле, закрыв глаза, много мыслей приходит в голову. Все-таки у каждого свой путь к счастью, нет единого рецепта, как и права осуждать того, кто выбрал другую дорогу. Я совершенно отчетливо понимаю, что будь Дима такой, как я, то есть упертый, категоричный и взрывной, — у нас бы ничего не получилось. Его терпение и любовь научили меня смотреть без фильтров на глазах.
