Но ведь это не одно и то же, верно? Оставаться ночевать и жить вместе как муж и жена, пусть и в гражданском союзе.
Я не готова. Поняла это сразу, когда он мне предложил еще осенью. Я точно не хочу спешить, перескакивая через ступеньки. И я не очередная «Золушка», урвавшая счастливый билет в надежде, что «принц» решит все ее проблемы. Я хочу равных с ним отношений, пусть не по финансам и социальному положению, но по духу. Хочу не только его любви, но и уважения. Пока же боюсь раствориться в нем целиком, я хочу остаться собой.
Мы дважды с ним говорили об этом, и мне пришлось сильно постараться, чтобы он меня понял. Так же, как и ему, когда он объяснял мне про свой брак.
— Петра, тебе Денис сказал про встречу? Я готова, если что.
Светлана встречает меня у нашего закутка и протягивает портфолио моего бывшего агентства.
— Отлично, пойдем вместе.
Мне определенно нужен свидетель, если потом Палыч начнет «возникать», а Света точно потом все по минутам расскажет шефу. С ассистенткой Кораблева у нас отношения не изменились после того, как в Q-Invest стало известно обо мне и Дымове.
Да и чего скрывать, если слухи по компании поползли почти сразу после моего возвращения из больницы. Ну а когда руководство проигнорировало тот факт, что у нас девчонка из бухгалтерии вышла замуж за сисадмина, народ почуял ветер перемен. Да, в компании отменили негласный запрет на отношения, а когда увидели нас с Димой вместе на новогоднем корпоративе, всем сразу стало окончательно ясно.
Первые пару недель после праздников меня обходили стороной и боялись лишний раз при мне что-то ляпнуть. За спиной, конечно, шептались, но подойти и сказать что-то в глаза... А я не искала у коллег одобрения, не собирала о себе слухи, потому что летала от счастья и смотреть по сторонам не было ни времени, ни желания.
С братом и папой оказалось все не так просто…
— Петра, они приехали на полчаса раньше. — Света заглядывает ко мне за перегородку. — Ты как?
— Давай тогда сейчас, если «переговорка» свободна.
Чувствую внутри непонятное волнение — как будто возвращаюсь в собственное прошлое, где мне не слишком рады.
Так и есть. Потная, но заметно похудевшая физиономия Палыча удивленно вытягивается, когда он видит, как я вхожу в переговорную.
— Сергей Павлович, здравствуйте! — Смотрю, правда, не на бывшего шефа, а на незнакомую дамочку лет пятидесяти с короткой мальчишеской стрижкой, которая не очень-то идет ее одутловатому лицу.
