Вот мерзавец! Что он задумал?! Выкручиваю руки, сильнее натягивая стальную цепь между ними,которая звенит и скрипит oт трения с металлической трубой, но мои попытки освободиться еще больше затягивают мои запястья. Глубоко вздыхаю, пoнимая, что без Давыдова мне не выбраться из этого плена. Проходит минута, две,три, пять, а Олега все нет, руки начинают затекать, тело уже трясется от напряжения, покрываясь мелкими капельками пота. Это и есть наказание? Оставить меня одну в таком положении? И как долго мне еще его ждать?! Начинаю злиться на этого мерзавца, переминаясь с ноги на ногу, чувствуя, что устала стоять на каблуках.
И что мне теперь делать?! Он говорил, что все, что будет происходить, мне понравится и это все для нашего удовольствия. Но в данный момент я совершенно не испытываю удовольствия.
Проходит еще пара минут и я чувствую, как капельки пота начинают скатываться с моего тела. Странная реакция организма. Мне кажется, что в этой комнате становится невыносимо жарко. Облегченно выдыхаю,когда дверь кабинета распахивается и Давыдов входит в кабинет.
В руках у него большой бокал на ножке, в которoм звенят кубики льда. Он медленно, совершенно не торопясь подходит ко мне, вновь осматривает мое напряженное тело, удовлетворенно улыбается, ставит бокал на комод. Я не знаю как это происходит, но как только он вновь оказался близко ко мне, моя злость на него смешивается с диким возбуждением,и я уже готова делать все, что он говорит, лишь бы он больше не останавливался. Олег обхватывает мою шею, и смотрит мне в глаза, а мне кажется, я пропадаю в этом дьявольском взгляде.
Я ненормальная! Млня должно все это злить или даже пугать, но мое возбуждение только усиливается до ноющей боли во всем теле.
- Начнем все сначала, - его голос хриплый и до безумия возбуждающий. Он отпускает мою шею, хватает за волосы, вынуждая запрокинуть голову назад. Берет кусочек льда из бокала и прикасается им к моей шее. Вздрагиваю от контраста разгоряченной кожи и ледяного холода. Кусочек льда скользит вниз, быстро тая на моей коже, доходит до груди, обводит соски,которые превращаются в твердые бусинки и начинают болезненно ныть.
Холодный лед кружит на моей груди, вырисовывая узoры, а пальцы Олега накрывают мою пульсирующую плоть, распределяя по ней влагу, слегка проникая внутрь, немного поглаживая, большим пальцем задевая клитор, медленно массирует, окончательно топя лед на моей груди. Нежность заканчивается и Давыдов наконец дает мне все, что я так хочу.
