Ты можешь взять любую. Зачем ты?..
— У меня, действительно большой выбор, Настя. И именно поэтому меня не устраивает любая. У меня был выбор, я выбрал. Теперь нет выбора у тебя.
— А если я не хочу? — срывается ее голос.
— Мм… Муратова хочешь? — зло и скептически ухмыляюсь.
— Это не касается тебя!
— Ты забыла добавить «Любимый», чтобы услышать сама, какую дичь ты говоришь.
— Не любимый, — погорячилась я, отводит глаза. — Глеба я люблю…
— Да-а-а? — выбешивает. И моментально во мне просыпается дознаватель, которого я очень не люблю натравливать на женщин.
Особенно на свою. Но, блять, просыпается. И я буду сейчас ломать…
— Я видел это видео, Настя, — блефую я, внимательно следя за ее реакцией.
Замирает, лицо бледнеет, дыхание сбивается.
— Какое еще видео?… — растирая горло рукой.
— Ты знаешь какое.
— Нет… — губы дрожат. — Не знаю.
— То самое, которое Муратов изъял из дела, — наугад осторожно прощупываю я.
— Какого дела?
— Твоего… Вернее того, которое должно было быть твоим, — поправляюсь я.
— Оно у меня есть, Настя. Глеб Евгеньевич больше не монополист. Что будешь делать?
Ложась спиной на стену медленно сползает вниз. Юбка пышным облаком расползается по серому ковру.
Попал…
Встаю, делаю шаг к ней. Смотрю снизу вверх.
Поднимает пустой взгляд.
— Что вам надо от меня… всем?
— Я — не «все».
— Ну да… — застывает её взгляд в районе моего ремня.
Надо доламывать. А рука не поднимается. Внутренности сжимаются в комок, до тошноты. И я молчу…
Равнодушно скользит по моему телу выше, добираясь взглядом до глаз.
— Настя… я хочу, чтобы ты мне объяснила то, что я там увидел.
— А я… не хочу ничего никому объяснять. Уходите, майор.
— Ты осознаешь, чем это тебе грозит? — продолжаю прощупывать я.
— Да. Мне все равно. Я устала… — закрывает глаза. — Пошёл вон из моего дома.
Её разочарование и отвращение пробивает броню и в кашу разбивает всё у меня внутри. Судорожно втягиваю воздух. Больно…
Куда дальше, Зольников? В другую сторону… Раскачиваем эти качели, пока не слетит, к черту!
— Настя… остановись сейчас в своих интерпретациях.
— Решай все вопросы с Глебом. Рабой двух господ я не буду.
— Я тебя не в рабство зову.
— Один чёрт… Все вы как под копирку. Нелюди… Убирайся.
Оооо…
Каменею, медленно оседая на колени рядом. Поднимаю за подбородок ее безвольное лицо.
— Ну а если мы нелюди под копирку, почему за него замуж идешь, а меня прогоняешь?
— Им я не очаровывалась, майор. Я его таким как есть приняла.
