Фонарь освещает только крыльцо и гирлянды осенних цветов в вазонах.
Придерживаясь за столб, встаю на забор и спрыгиваю вниз.
Адреналин тут же подскакивает. Ну всё! Я, считай, на вражеской территории, причем стрелять имеют право без предупреждения.
Началась Троянская война!
Отдышавшись, протираю руками лицо. Оглядываю дом. Свет в открытом окне на первом этаже. Вот тебе и безопасность — хватай и выноси барышню. Но это мнимо. Попробуй вынести мимо камеры! А башку камере срубишь, тут же наряд через семь минут примчится.
Подхожу к двери. Плавно нажимаю на ручку. Открыто.
Захожу внутрь тихо прикрывая за собой дверь. В прихожей темно, из гостиной — свет… На стене висит три коллекционных сабли — одна под другой. Из любопытства машинально касаюсь одной. Она качается от касания. Легкая… Муляж. Не выношу муляжей в интерьере. Понты… Еще и дешевые.
Закрываю глаза, вдыхая воздух. Едва ощутимо в массе других запахов, я чувствую Настин парфюм. Маленький флакончик стоит на тумбе рядом с большим мужским.
Поднимаю. Вдыхаю запах. Её, да… Разглядываю резной флакончик. Сжимаю в кулаке.
— …Да нашел он уже меня, Оль… — вдруг неожиданно проходит она, говоря по телефону, мимо прихожей по гостиной, метрах в 5 от меня, — этот майор. Не переживай… Нет… Я же тебе сказала… Ничем не грозит. Ни тебе, ни мне… — вздыхает. — Пока…
Скидывая вызов падает на кресло.
— Надеюсь, не грозит… — взбивает волосы.
Откидывает в сторону телефон, дотягивается до пачки сигарет, лежащей рядом с бокалом коньяка. Прикуривает трясущимися пальцами.
Поджимает ноги, обнимая себя за колени. И… я слышу, как она тихо рыдает. Бросает сигарету в пепельницу. Закрывает лицо руками и плачет навзрыд.
У меня внутри всё обрывается от этого. Я стою столбом, не смея выйти к ней. Но и остаться в тени и просто любоваться её душевной обнажёнкой — тоже не вариант.
Сглатываю ком в горле. Делаю пару шагов в её сторону и снова застываю.
Настя…
Ну что ты так горько плачешь?..
Я, блять, поубиваю сейчас всех за это!
Делаю еще шаг по ворсистому ковру и еще один…
— Чтоб тебя… — выдыхает со всхлипами.
— Майор… Пропади ты пропадом!
Из-за меня, что ли?!
«Пропади»?…
Мою грудную клетку сводит от обиды и боли сочащейся из её слов.
Я-то в чем виноват?.. Что влюбился? Ты же сама всё для этого сделала, Настя! Зацеловала, наобещала… Я уже там побывал, в нашем будущем. Чувствами своими. Я теперь без этого не могу. Там теперь нет смысла без этого!
Но прощения просить очень хочется.
