Несколько секунд он молча изучал носки своих сапог, после чего решился и присел рядом со мной, не обращая внимания на шипение Боргофа. Я попыталась успокоить монстра, но тот, продолжая брызгать слюной, попятился назад и демонстративно слез с плиты, чем сильно меня удивил. Ведь все это время он так и не удосужился ее покинуть, а здесь на тебе! Сам свалил. Видать, сильно чернокрылый его напрягал или ему просто надоело изображать из себя «пирожное»? Соскользнув с каменной поверхности, многолапое чудище, то и дело поворачивая голову и поглядывая на нас, уныло поплелось к трупу девушки.
Интересно, зачем? Надеюсь, сообщая, что Боргоф любит сладкое, Лу не подразумевал переносный смысл этого слова?
– Извини, что впутал тебя во все это, Катя. Я виноват, – сказал Кама и снова замолчал, разглядывая что-то под ногами.
– Знаешь, я бы сказала, что извинения приняты. Но в свете последних событий у меня прогрессирует желание подбить тебе заново уже заживший глаз, – нарушила я повисшую паузу, машинально поглаживая довольно урчащего Ринго, пригревшегося у меня на руках.
"
"– Имеешь право, – вздохнув, пробормотал Кама. – Просто… ты мне, правда, понравилась…
– И?.. – Я приподняла брови, ожидая продолжения.
– Многое отдал бы, чтобы изменить начало нашего знакомства, – по-прежнему не глядя на меня, тихо ответил парень.
Вот как! Интересно, что именно он имеет в виду под «началом знакомства»? Бессовестное похищение или неудачную попытку всучить мне свой Заветный Дар?
Почему-то жутко захотелось съязвить, задать вопрос о том создании, которое мирно посапывало у него на плече, уткнувшись носом в мягкий пух крыльев.
Из-под капюшона торчали серебристые волосы и край щеки, а тонкая девичья (теперь я была в этом уверена!) рука свисала вдоль мужской спины. Меня так и подмывало сказать, что, мол, недолго мучился ты, милый, со мной не получилось, нашел себе новую невесту, да? Но я не успела.
– Изображать раскаяние будешь, когда мы отсюда выберемся, Третий, – не очень-то добрым тоном произнес Арацельс, возвращаясь к нам.
Да уж-ж-ж, настроение блондина все так же оставляло желать лучшего. Но теперь он хотя бы не меня, а своего товарища прожигал раздраженным взглядом, чему я без зазрения совести порадовалась. Внешние покровы Камы куда устойчивей, чем моя бедная шкурка. Да и… поделом ему.
– Я попробовал открыть путь в зал Перехода, – сообщил четэри, поравнявшись с другом. – Бесполезно. Пробить поле, окутавшее зону Авагралы, тоже вряд ли получится.
