– Но вполне хватает, чтобы совершить равноценный обмен. Немного… ну хорош-ш-шо, почти весь дар, которым ты владела, перекочевал ко мне вместе с небольшим количеством крови во время поцелуя, я же отдал тебе частицу своего. Это и был мой маленький подарок.
При последних словах выражение его лица стало чересчур загадочным, и мне это не понравилось. Нехорошие предчувствия нахлынули с новой силой, а словарный запас опять дезертировал, передав эстафету первенства мыслительному процессу.
– И? – Мой голос прервал затянувшуюся паузу, возникшую после его последнего заявления.
– Что… и? – обреченно закатив глаза, простонал Лу. – Опять неяс-с-сно?
– Ясно-ясно, – торопливо заверила я. – Просто… дальше-то что со мной будет? Чем мне такой равноценный обмен грозит? В гарем свой потащишь или с мамой-папой проститься отпустишь? Да с женихом бывшим… Мм?
– Ну зачем же, – заулыбался он, сменив гнев на милость. – Я не настолько жесток, чтобы лишать твоего Хранителя жизни.
Угу, он не жесток. Он пацифист и миротворец, а то, что тут происходило, мне просто приснилось.
Ладно, что дальше? Жизни Арацельса лишать не хочет… Стоп! Жизни?!
– А? – снова перезабыв все слова, выдохнула я.
– Ты не знаешь? – Его брови приподнялись в удивлении.
– Что? – О! Я совершенствуюсь! От одной к трем буквам перешла, глядишь, скоро снова начну целыми фразами изъясняться.
– Закон Заветного Дара. – Лу намотал на палец серебристую ленту, вплетенную в мои волосы, и с грустной миной на физиономии продолжил: – Раз на твоей руке был символ, значит, ты приняла его и стала невестой дем… Хранителя.
А из этого следует, что в случае твоей неявки на свадебную церемонию через три условных дня твой неудачник-жених погибнет."
"От таких новостей у меня сердце оборвалось. Не чувствовала жениха – не беда, если знала, что он жив и здоров. Хотя бы чисто теоретически. Ведь Арацельс – мужчина, который мне дорог. И я не хотела быть последней скотиной, наплевавшей на его судьбу. Он шел за мной по пятам, пытаясь вытащить из неприятностей.
Вспорол себе шею от страха обидеть. Сражался насмерть, чтобы защитить. Посылал сообщения во сне и спешил ко мне, желая помочь, спасти… вернуть домой. Так! И каким это образом он собирался сделать подобное, если наказание за срыв их свадебного ритуала – смерть? Придурок благородный! А-а-а-а-а… как же мне все надоело.
– А если Арэ по каким-то причинам погибает до брака? – спросила я, мысленно умилившись вовремя вернувшейся способности говорить.
