Незнакомый мне язык, но ведь этот тип из тучи и его знал, и тот, на котором общались четэри, и единый – просто скопище талантов, а не чел… человекоподобное существо! Образованный садист."
"Голос девушки дрожал, зато слезы больше не текли по щекам, а во взгляде поселилась настороженность, скрывающая надежду. Но он не ответил, поглощенный чем-то, явно ему интересным. Лишь махнул рукой, предлагая помолчать, и девица покорно заткнулась, продолжая неотрывно следить за действиями садиста.
Мужские пальцы по-хозяйски отвели в сторону рыжие косы, открыли шею и плечи девушки.
Какое-то время демон с интересом изучал пленницу, исследовал взглядом правильные черты ее лица, глубокое декольте, открывающее пышную грудь размера этак четвертого, стройный стан и плавную линию бедер. Ну да, хороша девка, этого у нее не отнимешь. Природа красотой одарила, зато, по моему скромному разумению, обделила кое в чем другом. Пленница в свою очередь смотрела на юношу как на божество: с благоговейным трепетом и суеверным ужасом.
Демон взял ее за подбородок и чуть приподнял голову. Томно опустив трепещущие ресницы, рыжеволосая идиотка призывно улыбнулась.
Черт! Она и правда с приветом. Если бы какой-то чужак оторвал руку моему любимому… да пусть и козлу, я бы по меньшей мере ненавидела его, а будь возможность отомстить – непременно воспользовалась бы ею. А эта что творит? Млеет от прикосновений палача красного четэри, как загулявшая кошка при виде первого встречного кота. Или я неверно истолковала ее прежнее поведение? А может, нынешнее? А если она нимфоманка с периодическими приступами фанатизма? О-о! Вот это будет шоу!
Мм-да… кто бы притормозил размах моих фантазий, а то они, похоже, начинали обретать пророческий характер.
Словно проваливаясь в гипнотический транс, я смотрела на дикую пару и не могла отвести взгляда. Происходящее завораживало, притягивало своей откровенностью и опасностью. Это как танец на лезвии ножа, как прогулка по краю обрыва, как последний экстаз на пороге смерти.
Руки демона медленно гладили роскошные девичьи формы, собирая в складки тонкую ткань одеяния. Его губы исследовали окровавленную шею, затем спустились к ключице, а потом и к высоко вздымающейся груди. Вдох – выдох, вдох… и рыжеволосая громко застонала, не стесняясь своего возбуждения. Синеглазый искуситель провел ладонями по ее ногам, обнажившимся благодаря разрезам на платье, после чего резко сжал бедра, заставив девушку содрогнуться.
