"
"Ничего особенного, ребенок просто играл в войну или экспериментировал с красками. Разве это повод для волнения? Особенно если учесть, что на плече мальчишки сидел, скрестив верхние лапки, ушастый зверь с огромными оранжевыми глазищами, которые с явным самодовольством изучали опешивших мужчин.
Молчание нарушил радостный визг соскочившего с нагретого места Ринго, зверек, перепрыгнув на грудь хозяина, быстро взобрался выше и, уткнувшись холодным носом в щеку мужчины, затараторил на своем языке. Рассказать ему, судя по нарастающему темпу речи, явно было что… А застывший словно манекен чертенок продолжал неподвижно стоять, глядя сквозь незнакомцев.
Присмотревшись к выражению его глаз, Смерть тихо присвистнул.
– Гипноз моракоков? – спросил он, отметив наличие оранжевых кругов на лимонного цвета радужке.
Услышав вопрос, зверек гордо кивнул, временно прервав свою тираду. Но стоило ему снова открыть пасть, заговорил Арацельс:
– И кто этот мальчик? – Ринго ответил. – Сын Харона? Отлично. Он знает, где находится портал?
Ушастая мордочка развернулась к неподвижному пареньку и какое-то время сверлила его взглядом.
Повторный кивок сопровождался громким кряхтением и прочими звуками, отражавшими в придачу к короткому отчету мысли и чувства зверька.
– Ну надо же! – усмехнулся белокрылый, потрепав пушистого малыша за ухом. – Я и не надеялся, что нам после всех неприятностей может так повезти.
– Пусть ведет, – сказал Первый Хранитель, и Ринго, распушившийся от собственной значимости, отдал мысленный приказ загипнотизированному мальчишке.
Тот молча развернулся и зашагал по коридору, словно заводной солдатик, направленный в нужную сторону. Ровно и медленно, без возражений, страха и прочих эмоций.
Грохот, донесшийся из холла, отвлек внимание мужчин от неестественно ровной спины чертенка. Арацельс, немного помедлив, продолжил путь за маленьким проводником. А Смерть вернулся к арке, чтобы узнать, в чем дело и нет ли опасности со стороны источника странного шума. Очередная группа «лазурных воинов» его сильно впечатлила бы.
Но в зале не оказалось охранников, там вообще не было четэри… один только чернокрылый Хранитель, недовольно стряхивающий со своей одежды каменную крошку. Открытые участки его тела светились, а глаза горели, словно прожектора. Так всегда бывает после применения Ангельского света – Смерть это отлично знал. Даже если кто-то по случайности выжил в этом зале (хотя вряд ли), Кама только что добил бы бедолагу.
