Выдал и заткнулся, осторожно осматриваясь по сторонам. Оранжевые глаза зверька, казалось, прибавили в размере, а черный зрачок, напротив, стал совсем крошечным на огненном фоне радужки. Заметив меня, малыш радостно приподнял уши и рванулся, но его не пустили.
Признаться, я думала, что он начнет царапаться и кусаться (благо и когти, и зубы имеются), но, к моему огромному изумлению, Ринго покорно сложил лапки и прикинулся мягкой игрушкой. Неужели этот черт рогатый и на него магией повлиял? Чувствую, что, пока Арацельс сюда доберется, из нас успеют сделать безвольных марионеток.
Пока я соображала, моего пушистого зверя торжественно вручили обалдевшему от такого подарка чертенку. Он схватил новую игрушку в охапку и, забыв о том, что вроде как ударился и должен страдать от боли и обиды, шустро подскочил на ноги, что-то сказал мужчине и с улыбкой счастливого маньяка побежал вон из комнаты.
Я на автомате рванулась следом, забыв о слабости и сонных чарах. А вот они, как это ни печально, обо мне очень даже помнили.
Сделать удалось всего пару шагов, потом все вокруг закачалось, зарябило и зашумело. Хотя нет, зашумело все-таки в ушах да и остальные эффекты наверняка исходили от меня, а не от интерьера. Взгляд рассеянно скользнул по чужим лицам, словив новую порцию непонятного. Чернокожий мальчишка обернулся на выходе и радостно оскалился, зажатый у него под мышкой Ринго неожиданно подмигнул мне, а в грустных и почему-то виноватых глазах светловолосой женщины блеснули слезы.
Когда четэри успел оказаться за спиной, чтобы легко подхватить меня на руки, не знаю. Не в моем состоянии отслеживать его перемещения. Помню только прикосновение когтистых пальцев ко лбу и накатившую на меня волну всепоглощающего сна, в котором серой картинкой проступил уже знакомый пейзаж.
Жаль, что сейчас там не было снегопада…
Глава 8
Харон Рагнар по прозвищу Черное Сердце сегодня был счастлив. Он держал на руках девушку, захваченную в капкан сонных чар, и с любопытством смотрел, как разглаживается вертикальная морщинка на ее лбу, как уходят с лица следы сосредоточенности и волнения, а вместо них холодной маской проступает спокойствие.
Неестественное… словно у мертвеца. И только мерно вздымающаяся грудь не давала забыть о том, что бедняжка всего лишь спит. Пока еще спит. Эта темноволосая малышка стоила ему нескольких сильных и опытных воинов, но… она того стоила!
Упрямая девочка. Забавная в своем нежелании подчиниться его чарам.
