Ринго, сидящий на его плече, что-то пискнул и махнул хвостом. Когда только успел забраться? Хотя… я же была занята… очень. Да и, уткнувшись носом в чужую грудную клетку, многого не увидишь. Вот и явление крылатого пропустила. К сожалению. Потому что не нравилось мне выражение его лица. Темно-синие глаза искрились смехом, на губах играла хитрая улыбка, а вкрадчивый голос довольно громко (по-видимому, чтобы все присутствующие услышали) поинтересовался:
– И что ты на этот раз делала, малышка? Опять пыталась излечить нашего «спящего красавца» поцелуем?
Я покраснела и открыла рот, чтобы возразить, как вдруг услышала вопрос блондина:
– Что значит… опять?
Мы с «ангелом» взглянули друг на друга, потом на Арацельса, и оба согнулись от накатившего смеха.
То есть он согнулся, а я чуть-чуть наклонилась. Рискованно делать резкие движения после такой дикой слабости. Ринго покачнулся, недовольно вякнул, но удержался на прежнем месте, несмотря на вызванную хохотом четэри тряску. И главное, методом тыка только что было обнаружено лучшее средство для усмирения всяких вредных сущностей.
Шок называется.
– А ты больше вырубай себя, Цель, – немного успокоившись, сказал Смерть. – Все самое интересное пропустишь.
– Цель? – переспросила я, понимая, что мой «жених» еще не скоро дойдет до нужной для ответа кондиции. Новость о том, что кто-то додумался целоваться с чудовищем, его не хило так… впечатлила. Солнышки в глазах растаяли без следа, зато выражение глубокой… чересчур глубокой задумчивости прописалось там надолго.
– Да, мы называем его так… редко.
– Хм… подходящее сокращение, нечего возразить.
Оттаял снежный блондин минут через десять, чем сильно нас удивил. Мы уже собрались было делать ставки в ожидании этого счастливого события.
– Ты устранил сдвижку между мирами? – спросил он, выйдя из астрала.
– Да. – Ангельские черты вмиг растеряли всю свою мальчишескую непосредственность, стали строгими и какими-то рублеными, а от внешности Смерти повеяло опытом прожитых лет.
И лет этих, как мне показалось, было о-о-очень много. – Но возникла одна небольшая проблема.
– Какая?
– У меня гость.
– И? – Собеседник вопросительно приподнял брови, я же молча стояла в сторонке, не вмешиваясь в их диалог. – В чем проблема-то?
– Гость исчез, – вздохнув, признался четэри.
– Как это? Он не мог уйти далеко. Или…
– Нет, не маг. – Крылатый отрицательно качнул головой. – След ауры слабый, но кое-что разобрать можно. Я явился слишком поздно.
