Девушка консультант рассказывала мне о понравившейся модели, расхваливая новую коллекцию, но я не сильно интересовалась подробностями. Циферблат часов так сильно напоминал мне настенные часы, висящие в кабинете Михаила.
— Зачем они тебе? — спросила Агата.
Вздрогнув, я вернула часы продавцу.
Обойдя несколько бутиков, я все еще мысленно возвращалась в тот ювелирный магазин, и не удержавшись, вернулась туда обратно и вышла оттуда уже с желанной покупкой.
— Ты не показывай их Алисе, — сказала Агата, заметив пакет из магазина в моих руках.
Разумеется, рассказывать старшей сестре об этом я бы не стала. Странно, но покупка антикварных часов мигом подняла мне настроение и уже домой я вернулась в прекрасном расположении духа.
— Михаила тоже пригласи, — сказал папа за ужином, когда я поделилась тем, что решила отпраздновать Новый Год в кругу семьи.
Я слабо кивнула, продолжая свою трапезу. Время уже близилось к девяти часам, когда мы расположились у камина в гостиной. Алиса рассказывала истории с работы, а я, к моему сожалению, уже начинала засыпать.
Вдруг с улицы раздался звонок, а через минуту в гостиную забежала обеспокоенная Варвара Степановна.
— Там мужчина приехал, — выдохнула она. — Сказал, за Настенькой.
— Какой мужчина? — спросила я, привставая. Папа сразу же встал с кресла.
— Тот самый, с которым ты вчера приехала, — объяснила она.
Недоумевая, я вышла из комнаты вслед за папой. Во дворе меня ожидал водитель, которого ко мне приставил Михаил, вместе с охранником.
— Что вам нужно? — грозно спросил мой отец.
Водитель пожал руку папе, и поздоровавшись со мной, сказал, что приехал, чтобы отвести меня домой.
— Я вернусь через неделю, — запротестовала я. — Так и передайте Михаилу, — добавила я. — Он разрешил.
Папа встал в позу, прикрывая меня собой. Как раньше, в детстве.
— Это распоряжение Михаила Альбертовича, — объяснил водитель. — Он сказал, чтобы я забрал вас домой, — смущенно протянул мужчина. — Сейчас.
С чего вдруг он вспомнил обо мне именно сейчас? Я собиралась открыть рот, чтобы возмутиться, но папа меня остановил.
— Собирайся, дочка, — ласково произнес он. — Не нужно ему перечить.
Собрав сумку с вещами, под обеспокоенные взгляды сестер, я спустилась вниз. Больше всех возмущалась Алиса, называющая Михаила сволочью, которая не заслуживает моего уважения и послушания. Попрощавшись с домашними, я с неспокойной душой села в машину, еще до конца осознавая, что вообще происходит.
