Еще чуть-чуть, и все мои принципы, преграды и прочие заморочки из-за долга, чести и ненависти — могли бы рухнуть, исчезнуть и я бы пошел ко дну, теряясь в ее бездонных глазах. И мое чертово сердце, екнуло при виде нее.
Какой же абсурд!
И она все еще плакала. Тихо, боясь столкнуться со мной взглядом снова, девушка о чем-то размышляла.
— Настя, — позвал я и сделал шаг ей навстречу. — Поехали со мной в Москву.
— Я буду рожать здесь, — тихо, но решительно произнесла она, кладя ладони на опоры моста.
— После родов, — объяснил я, осторожно прикасаясь ладонью к ее спине.
Я бы обнял ее снова, если бы девушка мне это позволила и не отстранилась. — Я хочу, чтобы за моим сыном ухаживала его мать, — поняв, что наговорил лишнего, поморщился.
Я ведь имел в виду совсем не это. Настя приподняла на меня, полный разочарования, взгляд, а затем снова опустила голову вниз.
— Ты хочешь забрать у меня ребёнка, верно? — спросила она тихо и мне стало ее безумно жаль. По коже прошлась россыпь покалываний, словно меня укололи ржавыми иглами, а сердце пропустило удар.
Слышать это из ее уст было в тысячу раз больнее, чем я мог себе представить. — Теперь я поняла, зачем ты сюда приехал, — прошептала она, а я округлил глаза, бросая свой гневный взгляд на автомобиль, ждущий нас у моста, в котором сидели Роберт и Агата.
Они, похоже, скрыли этот факт от Насти. Собственно, сейчас, я был благодарен родственникам, если они все же не рассказали девушке о моих планах по поводу ребенка. Но, ведь я в любой момент мог сообщить ей об этом, или же, Агата настолько хорошо меня знала, понимая, что в нужный момент, я закрою свой рот, промолчу, завороженный Анастасией.
А может, я в данную секунду ошибался, и Настя, будучи влюбленной в меня, в чем я уже ни на секунду не сомневался — не поверила своим родственникам, которых я предупреждал о том, что я заберу своего сына.
— Не ради меня, — с полнейшей безнадегой в словах, грустно добавила она, и этими словами будто дала мне очередную пощечину.
Что же я натворил?
— Миш, я пойду, ладно, — протянула девушка, вырывая меня из моих мыслей и протирая свои щеки.
— Я больше не могу говорить с тобой сегодня.
И она была права. Как можно хотеть говорить с таким циничным подонком, как я?
— Когда мы встретимся снова? — слова сами слетели с моих уст. Настя остановилась, стоя спиной ко мне, как сразу же передо мной возник Роберт, заслонивший собой девушку.
Глава 32
Михаил
— Она тебе позвонит, — вмешался Роберт.
