Неоновые вспышки давили на глаза, зажмурившись, я с трудом добрался до нужного столика, подальше от танцевальной зоны. Когда до меня снова дошло, что пить-то мне противопоказано — захотелось застонать от обиды. Что я тогда здесь забыл?
— Тебе плохо? — украдкой поинтересовалась Оля, заметив, как я протирал глаза.
— Нормально, — отмахнулся, и подозвал к себе официантку, на подносе у которой увидел что-то похожее на апельсиновый сок.
К счастью, это действительно был обычный сок и даже стало смешно, стоило вспомнить, когда в последний раз я в принципе видел в клубах обычные соки.
Лена и Саша, выпив по коктейлю, сразу же пошли танцевать, оставив нас с Олей наедине за столиком. Подруга что-то активно набирала в телефоне, не обращая на меня внимания, а затем широко улыбнулась. Посмотрел на танцующих друзей и сразу же отвернулся. И хоть прежде я органично сосуществовал со своим одиночеством, теперь же, после моего чудесного пробуждения, мне стало очень тоскливо. В глубине души меня немного грела мысль о том, что совсем скоро у меня родится ребенок, и я перестану быть один.
Натанцевавшись вдоволь, ребята вернулись за стол, и сразу заиграла очень старая песня, которую я даже не сразу узнал. Ностальгия помогла мне ненадолго забыться, унося в далекое прошлое, когда всех этим проблем и помине не было.
— «Плазма»? — проговорил бессознательно. — Я будто не два года, а двадцать лет потерял, — покачал головой, делая глоток кислого сока.
— Эти песни снова вернулись в моду, — пробормотала Лена, пританцовывая у столика под следующий трек.
— Песни нашей юности, — мечтательно произнесла она, когда включили «Иванушек».
Мне только и оставалось, как слушать музыку и наблюдать за людьми.
Отлично расслабился, иначе и не скажешь.
А потом стали играть медленные баллады в исполнении Савичевой, и мне от ее голоса стало не по себе. Я не мог объяснить, почему так остро реагировал на исполнительницу, но ее голос по-особенному раздражал меня в этот вечер, нанося мне с каждой секундной новые, душевные, увечья.
Кажется, у ди-джея иссякла фантазия, потому что за одной ее композицией последовала другая.
— Настя, Настя, — мелодично прошептала рядом сидящая Оля. Мое сердце екнуло. — Сожми в своей руке бриллиантовое…
— Зачем ты это говоришь?! — грозно прервал ее я.
Мне теперь повсюду будет мерещиться это имя или же, друзья намеренно издевались надо мной?
— Это текст песни, — испуганно пробормотала Оля.
