***
На следующее утро я обнаружила, что наш с отцом разговор больше не был секретом. По крайней мере, по части долгов. Агата пыталась успокоить меня, упрекая своего мужа, косвенно тоже виноватого в случившемся.
— Роберт рассказывал о них, — тихо произнесла сестра. — Угораздило же наших мужчин связаться с ними, — презренно протянула она. — Соколовские своих слов на ветер не бросают, — заверила она, а у меня все внутри сжалось от страха. — Покойный свекр был хорошо знаком с братом Альберта.
— Агата, милая, — отчаянно выдохнула я.
— Зачем ты мне все это говоришь…
— Настенька, это очень страшные люди, — цокнула сестра, совершенно не понимая, как ранила своими словами мое сердце. — Говорят, сам отец подстроил покушение на своего единственного сына, чтобы подставить своего врага…
Мое тело, натянутое как струна от волнения, покрылось испариной. Она говорила о том самом сыне, за которого меня просил Альберт Михайлович.
— Подожди, пожалуйста, — я прервала сестру. Мои колени подкосились, отчего ноги меня совсем не держали.
Присев на краю кровати, я глубоко выдохнула. — Агата, ты не все знаешь…
Рассказав сестре о ненавистном «женихе», я немного успокоилась. Удивление и шок Агаты были заметны даже через телефон и несколько тысяч километров, что нас разделяли.
— Насть, это — плохо, — выдохнула она. — Это очень плохо.
— Они убьют нас, — всхлипнула я, почувствовав себя совершенно беспомощной.
Забившись в угол в своей комнате, я просидела тихо до самого вечера. Может, стоило поделиться этим с Дашей? Возможно тогда, мое сердце бы перестало стучать так сильно, заставляя меня задыхаться.
Я разглядывала дисплей своего телефона и не понимала, чего ждала и на что надеялась. Друзья ведь ни о чем не знали. Каждый из них занимался своими делами и темой номер один была подготовка ко дню рождения Димы. Я со своими проблемами не должна омрачать их счастливые моменты.
Наверное, в глубине души я очень хотела поговорить еще и с Алисой. Старшая сестра бы точно что-нибудь придумала, ведь из нас троих она была самой расчетливой и смелой.
— Настенька, ты сильно занята? — в мою спальню без стука вошла обеспокоенная Варвара Степановна. Я автоматически посмотрела на часы, расположенные на комоде: уже глубокий вечер.
— Нет, а что-то случилось? — боязливо спросила я в предвкушении. На самом деле у нашей кухарки всегда бывало такое лицо, и она много чего драматизировала на пустом месте.
— Отец тебя ждет в кабинете, — кивнула она, приглашая меня за собой.
