Выхожу из лифта, чувствую, как мне не хватает воздуха. Коленки подкашиваются.
Идиотка. Какая же я идиотка.
Прислоняюсь к столбу, пытаюсь прийти в себя. Онемело все лицо, перед глазами темные пятна.
Теперь мне очевидна моя наивность. Становится так стыдно. За то, что на что-то понадеялась. За то, что пребывала в своих наивных розовых фантазиях. И за свидание на крыше. Да вообще, за то, что повелась на все это.
Только сейчас, чувствуя, как мое сердце разрывается на части, понимаю: все это время я отчаянно надеялась, что он на самом деле полюбит меня.
Что просто по какой-то странной нелепой причине он забыл как это, «любить». А может быть, просто его самого никто никогда не любил.
Господи, как можно быть настолько глупой?! Такой доверчивой дурой! Бью себя по щеке. То ли чтобы привести себя в чувство. То ли, чтобы физическая боль заглушила душевную.
Пощечины не помогают. Мне не больно. Потому что меня нет. Тела нет. Я одна сплошная рана, извергающая кровь.
Сажусь на корточки. Рыдания душат. Не могу тут расплакаться.
Только не здесь.
Заставляю себя встать. Выхожу с парковки на улицу. Мой мопед припаркован у главного входа. Сажусь на него и просто еду, куда глаза глядят.
Кружу по округе, пока буря чувств внутри меня не становится хотя бы немного тише. Тогда я еду домой. Запираюсь в комнате.
Сбрасываю жакет. Проверяю телефон. На экране пусто. Ни пропущенных звонков. Ни смсок. Он даже не пытался меня догнать. Или позвонить, что-то объяснить. Или написать сообщение. Ни-че-го.
– Потому что ты — курьер! – шепчу я, глядя на себя в зеркало.
– Просто ноль без палочки. Ах да, еще грязная дешевая шлюха! Глупая малая! Наивная деревенщина! Аааааааа!
Истерика накрывает меня с головой. И, чтобы соседи не услышали моих рыданий, падаю на диван и утыкаюсь лицом в подушку. Кричу и плачу в попытках погасить всю злость, обиду, разочарование.
Звонит телефон. Медленно поднимаюсь с дивана, смотрю на мобильник. Это он… Дима. Палец зависает над экраном. Часть меня отчаянно молит ответить, чтобы услышать его голос, как он мне все объяснит, расскажет, что все это одно большое недоразумение.
А другая — чтобы я не отвечала, удалила его номер, вычеркнула из жизни, навсегда забыла кто он и все что случилось. Горячие слезы текут по щекам. Нажимаю отбой.
Но он звонит снова. И снова. И снова.
Значит, теперь ему удобно со мной говорить? Когда невесты рядом нет!
Выключаю звук и отбрасываю телефон в сторону. Забираюсь с ногами на кровать, обнимаю коленки.
