Поднимаясь в лифте бизнес-центра, вспоминаю, как мы тут ехали с Димой в прошлый раз и улыбаюсь. Одета я, правда, иначе, презентабельнее — в бежевом брючном костюме и белой рубашке. Старалась понравиться комиссии.
Захожу уже в знакомый светлый холл. На ресепшене та же рыжеволосая девушка, что и в прошлый раз. Маша, кажется.
– Здравствуйте! У меня срочная доставка для Дмитрия Алексеевича. Лично в руки, – заявляю скороговоркой.
По ее лицу понимаю, что она меня не вспомнила.
– У Дмитрия Алексеевича совещание. Подождите, пожалуйста, в холле, – она кивает на кресло, где я тогда после аварии, уснула.
Снова улыбаюсь своим воспоминаниям. Устраиваюсь поудобнее. Кто знает, сколько там продлится его совещание.
Зависаю в телефоне. Не уверена, сколько времени проходит. Может быть, минут пятнадцать, не больше. Мое внимание привлекает зашедшая в офис молодая женщина.
Наверное, лет под тридцать, очень ухоженная. Красивый загар, волосы цвета капучино мягкой волной падают на плечи. Одета во все белое: брюки, рубашка, жакет в стиле “Шанель”.
В ее образе нет ничего кричащего и привлекающего внимания, но с первого взгляда понимаешь, что она, как говорят, из высшего общества.
Уверенным шагом она проходит к ресепшену.
– Здравствуйте, я к Дмитрию Алексеевичу, – говорит, снимая солнезащитные очки и убирая их в футляр.
– Дмитрий Алексеевич на совещании, но вы можете его подождать в холле. Как я могу вас представить? – тараторит администратор.
– Ты что, новенькая? – в голосе появляется надменный тон.
Девушка с ресепшена часто моргает:
– Я уже месяц тут работаю, – заявляет с гордостью.
– Ну, ясно, – женщина в белом элегантным жестом поправляет волосы. – Как зовут?
Администраторша явно опешила. Но не смеет ей возражать. Я все с большим интересом наблюдаю за их диалогом.
– М-маша, – отвечает она.
– Ну так вот, Маша, передай Дмитрию Алексеевичу, что пришла его невеста. И я жду его немедленно! – в голосе дамочки звучит такая настойчивость, что рыжеволосая только коротко кивает:
– С-с-секунду. Сейчас ему сообщу.
Мне кажется, что я забываю, как нужно дышать. Просто сижу, застыв, как изваяние, и рассматриваю женщину в белом. Невеста…
К горлу подкатывает ком, который не удается проглотить. Сразу вспоминаю слова мамы: “развлекаются с такими наивными дурочками, как ты, а женятся на своих, таких же богатых…”.
Значит, все это время у него была она. Невеста. А со мной он просто…
Поджимаю губы. Стискиваю кулаки. Костяшки пальцев белеют от напряжения.
Какая же я дура.
