Вернее есть, но те более слабые и более токсичные, – слышу, как мама на другом конце трубки вытирает слезы и старается взять себя в руки. – Нужны зарубежные. Они есть только в частной клинике. Стоят дорого. Но делать нужно срочно, пока нет метастазов.
– Дорого – это сколько? – уточняю я.
– Двести тысяч за курс химиотерапии.
Я охаю. Моя мама работает заведующей в детском саду, а папа – инженер на заводе. Для нашей семьи это большая сумма.
– И нужно около семи-восьми курсов, но, может, и больше, – добавляет мама.
Пытаюсь в голове перемножить числа, словно и так не ясно, что сумма запредельная.
– Что? То есть, полтора миллиона?! – вскрикиваю и закрываю рот рукой.
На меня оборачивается пара людей: проходящая мимо женщина с пакетом “Пятерочки” и мальчик, выгуливающий черного пуделя. Я смущенно отворачиваюсь к машине, избегая встречи взглядом с кем-либо.
– Да, это без стоимости обследований, — всхлипывает мама. Мы сейчас продаем папину машину. Этого хватит на первое время. По родственникам и знакомым тоже кинули клич.
Вдруг, кто чем сможет помочь. С божьей помощью, надеюсь, насобираем, – слышу, что она снова начинает тихонько всхлипывать.
Кажется, до меня только начинает доходить все, что она говорит.
Мой папа болен?
Мой папа умирает?
Сердце ухает и проваливается куда-то вниз. Почему-то в памяти всплывает папин запах: смолы и металла с нотками табака; его жесткие усы, и как он гладил меня по голове своей большой теплой ладонью, когда я, маленькая засыпала.
Мысль о том, что его не станет, что мне останутся только вот эти вот воспоминания, что я больше не смогу его увидеть, обнять или позвонить, когда захочу, приводит меня ужас.
– Мам, я приеду! Прямо сейчас! – вырывается у меня из груди. Чувствую, как слезы текут по щекам. – Посмотрю прямо сейчас, когда ближайший поезд…
Но мама меня решительно перебивает:
– Нет, доча! Куда? У тебя диплом на носу.
Она права, у меня как раз самая жесть начинается в универе: сессия, защита диплома, госы. Но как можно думать сейчас о каком-то дипломе? Разве это важнее?
– Плевать на диплом! – возмущенно восклицаю я, хватаясь за голову, ероша волосы.
Вижу как Лысый тоже выходит из машины и закуривает.
– Саша, послушай меня, – в голосе мамы слышатся стальные нотки. – Сдашь экзамены и приедешь. Осталось недолго до окончания Университета. И, помолчав, добавляет, глотая слезы. – Мы пока сами справимся.
Делаю судорожный вдох, затем прерывистый выдох. Да, мама права. Чем я им там помогу, кроме своего нытья.
