Все, что находилось ниже двадцати метров от уровня моря, было практически уничтожено, за редкими исключениями железобетонных конструкций судоремонтного завода. Выше двадцати метров и до тридцати разрушения тоже имелись, но не столь значительные. На улицах много ила и беспорядочным образом разбросанные деревья, не выдержавшие напора стихии, обломки деревянных домов, утварь, водоросли, медузы, и среди всего этого, совершенно не боясь людей и даже нагло на них покрикивая, сновали чайки в поисках выброшенных на берег рыб.
Жители общины, похоже, уже оценили последствия и теперь все были заняты работой. Всюду звучал звон пил и топоров. Не все жилища уцелели, но те, что сохранились, похоже, не будут страдать от нехватки дров в грядущую зиму. Поваленные деревья распиливали и складывали на просушку. Остатки уничтоженных домов разбирали и относили к тем домам, которым требовался ремонт.
Крашенинников смотрел на этих людей и понимал, что отчаянье не смогло поселиться в этой общине. Люди не были подавлены.
Напротив. В их действиях чувствовался энтузиазм и непоколебимая вера в то, что они способны преодолеть любую беду и скорость возвращения к нормальной жизни целиком и полностью в их трудолюбивых руках, в их способности быть сплоченными и в их духе коллективизма. Беда любого человека в этом сообществе мгновенно становится общей и неминуемо отступает под натиском всех этих людей. Михаилу оставалось только лишний раз констатировать успешность и жизнеспособность того уклада жизни, что создали эти четверо молодых людей – приморский квартет.
Крашенинников резко обернулся, отвлеченный от раздумий звуком мотоциклетного мотора. Один из местных стражников, что так неприветливо встретили его утром, остановился рядом и заглушил двигатель мотоцикла.
– Здорово! – воскликнул он. Теперь этот человек не источал угрозу. Напротив, даже улыбнулся ему. – Мужик, спасибо тебе!
– За что? – удивился Михаил.
– Как это за что?! Предупредил нас вовремя! И я успел Вилючинск предупредить. Там, правда, к моему приезду уже поняли из-за отлива, что будет большая волна, но не догадывались, что намного больше, чем обычное трехметровое цунами.
Ну, я им твои доводы сообщил, и тогда все ушли на сопки. Представь себе, такое цунами, и ни один человек не погиб! А все потому, что вовремя спохватились!
– Я очень рад, – устало кивнул Крашенинников.
– В общем, спасибо тебе еще раз, мужик!
– Да не за что. Всегда рад помочь. Я, кстати, еще кое о чем хочу предупредить.
