Мне совсем не больно!
Все мое тело уже превратилось в оголенный нерв.
Который жаждет лишь одного. Его. В себе.
До боли хочу повторить это безумие. Когда мы сливается в одно. Когда точки и пульсация вен становятся общим. Неотделимым. Когда обоих сводит сладкой судорогой наслаждения.
– Может, лучше завтра? Ты уверена. Саида?
– Да, – глухо шепчу, поражаясь своей смелости.
Рука сама тянется к его брюкам.
Дергаю вниз замок молнии. Стягиваю его боксеры, выпуская с громким шлепком на волю налитый кровью до предела напряженный член.
– Саида!
Давид хрипит. Запрокидывает голову, крепко сжимая челюсть. Сжимает в кулак простыню так, что она с треском рвется.
Его плоть дергается в моих руках."
"А я просто скольжу по его невероятно огромному толстому члену. Знакомлюсь. Пробую на ощупь. Изучаю кожей. Каждую вздутую до предела вену. Каждый удар крови под моими пальцами.
Не могу остановиться. Чувствую, как выделяется из самой сердцевинки вязкая влага.
Размазываю ее по всей длине члена под хриплое рычание Давида.
В голову приходят порочные мысли.
Хочется рассмотреть его получше. Поближе. И… Даже сглатываю так громко, что этот звук перебивает стон Давида.
Хочу… Попробовать его на вкус… ласкать так, как он меня…
Набираюсь смелости.
Начинаю повторять его движения. Скольжу губами по его шее. Сжимаю пальцами огромный орган еще сильнее. Ловлю глухое рычание Давида. Вижу, как еще сильнее вспыхивают и задурманиваются его глаза. Превращаются в черные угли.
Чувствую, как все могучее тело мужчины дрожит крупной дрожью.
Каких диких усилий стоит ему сдержаться. Не подмять меня под себя. Не наброситься.
– Пожалуйста. Я сама, – шепчу, поднимая к нему лицо, когда он пытается перевернуть меня на спину.
От его дикого возбуждения и сама чувствую себя совсем пьяной. Его дрожь передается мне. Всю и внутри и снаружи начинает колотить, как в лихорадке.
– Пожалуйста, – снова повторяю, когда Давид дергается.
Обхватывает меня руками.
– Я хочу попробовать… Сама…
Он с глухим рычанием падает обратно на подушки.
Теперь я чувствую, что он в полной моей власти. И это пьянит еще сильнее. Будоражит. Сводит с ума, срывая все планки.
Давид одет, а я абсолютно обнажена.
Медленно расстегиваю его рубашку.
Знакомлюсь с его телом. Веду кончиками пальцев по раскаленной смуглой коже.
Замечаю, как с силой дергается его кадык. Как ему сложно оставаться неподвижным.
И внутри начинает разгораться самый настоящий вулкан.
Провожу ниже.
