Было ясно, что молодой рыцарь дальше ни за что не пойдет. Но не торчать же здесь! Ладно, она извинится перед ним потом, пообещала себе Белла и, улучив момент, когда сэр Алекс чуть отвлекся и ослабил хватку, бросилась сквозь толпу.
Не обращая внимания на возмущенные возгласы «эй» и «чего толкаешься, парень?», – она в конце концов пробилась к краю дороги и увидела, что процессия остановилась. Громкие возмущенные крики она отнесла на счет рыцаря: он спешил за ней, грубо прокладывая себе путь в толпе, наконец догнал и прошипел:
– У нас с вами будет серьезный разговор, если сумеем отсюда выбраться.
Белла прикусила губу, понимая, что виновата, но об этом она подумает потом. А сейчас не до того: надо отыскать…
Ей словно пронзили грудь ножом. С губ слетел тихий возглас, когда взгляд упал на леди в алом платье: она знала, что это ее дочь, а теперь увидела и лицо…
Сердце Беллы сжалось.
Джоан стояла всего в нескольких ярдах от нее, увлеченно болтая с торговцем, который поднес к ее волосам пучок разноцветных лент.
Похоже, ее забавляло его настойчивое желание что-нибудь ей продать, и ее губы трогала сдержанная улыбка.
Улыбка! Джоан улыбалась – значит, все у нее в порядке.
Страх немного отпустил Беллу.
Но как же она изменилась, господи! В последний раз, когда Белла видела дочь, та напоминала жеребенка: длинные руки-ноги и чуть крупноватые черты лица. Очаровательная в своей неуклюжести, она стояла на пороге расцвета своей женственности, но была еще девочкой.
А теперь…
Джоан казалась гораздо старше своих четырнадцати лет. Крупные черты стали четче и обрели совершенное равновесие на изящно вылепленном лице в форме сердечка. Большие синие глаза, светлая кожа, темные волосы и царственное выражение – ее дочь превратилась в красавицу.
Сходство с отцом было поразительным за исключением разве что глаз. Высокая, стройная с несомненно женственными формами, хотя и более скромными, чем у матери.
Белла опечалилась, когда поняла, сколько потеряла.
Ее дочь выросла, а она пропустила столько драгоценного времени ее жизни. Перед собой она видела юную леди, до боли знакомую и в то же время совершенно чужую.
Должно быть, сэр Алекс услышал, как она вскрикнула, и проследил за ее взглядом.
– Это она?
Тон его голоса заставил Беллу на минуту отвести взгляд от дочери. Рыцарь стоял как громом пораженный.
– Да, – прошептала она сдавленно. – Это моя дочь.
– Настоящая красавица.
