Старейшина пика Славы вскочил на ноги, обнажая меч.
— Братец Гай! — внезапно услышал он слабый испуганный оклик.
Муан обернулся и увидел, что Шена окутывает тьма. Ее черные щупальца обвились вокруг беззащитного заклинателя, бледное лицо Шена потеряло последнюю кровинку, а испуганно глядящие на Муана глаза заволокло чернотой.
— Нет!! — закричал мечник и бросился к нему.
Он взмахнул мечом, но тьма клубилась вокруг, словно облако или дым, ее невозможно было задеть или ранить.
— Нет!
Поверженный Муан Гай лежал на грязном снегу, в его сердце торчал меч Ала.
Облегченно вздохнув, в следующее мгновение Ал бросился к учителю. Однако, когда он подбежал и опустился на колени рядом с ним, принявшись стирать кровавые подтеки с его лица, то внезапно замер, наткнувшись на взгляд, полный ненависти.
— Учитель?
— Ты, грязное отродье, как ты смеешь дотрагиваться до меня? Как ты смеешь вмешиваться в мои дела? Что ты возомнил о себе?! — зло закричал на него Шен.
Ал потрясенно замер, его сердце заныло от боли и обиды.
— Я… Я всего лишь хотел помочь вам! Хотел защитить вас!
— Твоя помощь никогда не была нужна мне! Разве я не говорил сотни раз? Занимайся своими делами!
— Вы… Вы…
— Тебе никогда не понять ни моих желаний, ни моих стремлений! Ты все только портишь! Какую же ошибку я совершил, взяв тебя в ученики!!
— Нет! — потрясенно воскликнул Ал. — Нет, не говорите так!
— А то что же? Накажешь меня? Убьешь меня?
— Нет! — Ал схватился за голову. — Вы так не думаете! На самом деле вы так не думаете! Нет!
— Я проклинаю тот день, когда пришел за тобой на Тропу тигра!!
— Нет-нет, это не реальность, — забормотал Ал.
— Ты чертов доппельгангер! Снова эта тварь!!
Очнувшись от наваждения, он поднял с земли меч и, не смотря больше на Шена и не слушая его слов, рубанул поперек его тела.
Глубокий шрам пересек грудь Шена. Он удивленно опустил голову, рассматривая рану, а затем поднял на Ала недоверчивый взгляд, словно не до конца поверил, что ученик сделал это.
Ал взглянул в его глаза и задохнулся от боли.
— Ты — мой главный страх! Исчезни!! — закричал Ал.
В следующее мгновение он с криком подскочил с подушек, очнувшись в павильоне пика Духовного щита.
Шен, глаза которого теперь были черными, как сама тьма, искривил губы в широкой пренеприятной ухмылке и бросился на Муана. Он словно плетью бил его тьмой, и мечник мог лишь отступать, блокируя удар за ударом.
— Шен! Все будет хорошо.
