— Как же здесь очутилась?
— Кирилл Константинович отправил, — не скрывая язвительных ноток, добавила, — доберман чертов.
— Н-да, — только и выдавил Тим. — Это он зря, конечно. Ну, ничего, ща поглядим, может ему накостыляют! Будешь отмщена! — отчего-то опять заржал.
В конце коридора забрезжил свет: проеме двери мелькала барная стойка, крики и смех звучали где-то сбоку от нее.
У стойки стоял огромный парень с перекаченными мышцами и длинной, как будто седой бородой.
«Настоящий медведь, честное слово!»
При этом лицо на вид было молодым, я бы не дала ему больше двадцати пяти.
Модная стрижка — выбритые виски, а волосы на макушке заплетены в замысловатую косу, спускающуюся до самой поясницы, пирсинг в брови и ушах и огромный шрам на шеке, опускающийся куда-то под футболку делали его образ гармоничным и притягательным.
«Нет, не медведь — викинг!»
Народу в баре очень мало, но публика собралась странноватая, у каждого второго дикий взгляд и подозрительные повадки. Я уж подумала, не попала ли в какую-нибудь сатанинскую секту, где любят совершать кровные ритуалы.
— Эй, Ульрих, — позвал бармена Тим. — К тебе тут практикантку Кир отправил. Она чуток заблудилась и забрела не туда, — поиграл бровями и зачем-то выделил — не местная. Из человечек… городских. Скорее всего, будет в верхнем баре работать, для… приезжих, кто не в курсе. Но уже вечер и сам понимаешь, тропа исчезнет до самого утра, разве что берегом на ту сторону, как через костёр прыгнет. До этого, помоги, а? Присмотри вместе со мной.
— Тимофей склонился к бармену ближе, пытаясь сказать как можно тише, но я услышала, — дочь бабы старшего Кощея. Сам знаешь, что будет, если хоть волос с нее упадет.
Ульрих перевёл на меня насупленный взгляд.
— А Кир что?
— Хер его знает, — Тим привычным жестом почесал макушку, — Думаю, не в курсе.
То, что Тимофей знал стаф и общался со всеми слишком близко настораживало. Я ему тут правду матку, а вдруг он из их шайки? А я на босса наговорила… всякого. И определения эти дикие.
Что за «человечка?» Кто так говорит?
Но эти вопросы исчезли в тот момент, когда в меня полетела бутылка. Не знаю, каким чудом удалось поймать ее и даже не разлить содержимое, ведь бутылка была открытой."
"— Ловкая, сгодишься! — раздался басистый голос Ульриха. Ошарашенно уставилась на парня.
— А вдруг не поймала?! Я вообще не бармен и даже не официантка!
— Я уже понял, — ответил он, улыбнулся и повторил по слогам со смешным акцентом: — Ловкая! И реакция норм.
