— И кто направил?
— Константин Сергеевич.
— Отец Кощеева? — у Тимофея глаза сделались как два блюдца, а брови, если бы могли, устроились на затылке. — А с ним какие у тебя дела?
— Да не у меня, — сознаваться, что мама крутит шашни с местным богатеем не очень хотелось, как и в том, что в элитный клуб попала по протекции. Но, предпочитала говорить правду. Из песни, так сказать, слов не выкинешь. — Хороший знакомый мамы, вот… предложил помочь, а я не собиралась отказываться от подобной возможности.
— О как… — странно, но почему-то задорная улыбка сошла с его лица.
— Хозяину «Костей» не говорила, какими судьбами занесло на наш погост?
— Он знает, что рекомендации от его отца. А что?
— Да нет, — вновь улыбка во весь рот, — будет о-очень любопытно.
Вдали послышались голоса, смех, музыка.
— Так и знал, — прислушиваясь, подытожил Тим, — уже начали коршуна.
— О, Тимоха! — голос сбоку оторвал нас от беседы.
— Здоров, Хмель. — Мой новый знакомец пожал приземистому парню руку. — Чего еще не в зале?
— Да вот, вывеску не могу сам подвесить.
Поможешь?
Тимофей замялся, нетерпеливо бросая взгляд в сторону, где слышался веселый шум:
— Ай, — махнул рукой, — давай, только быстро! Пойдём, — Тим указал куда-то в сторону, где, мне казалось, еще минуту назад была сплошная стена.
Парень, которого Тимофей назвал Хмелем уже стоял на лестнице, придерживала вывеску с надписью «Кровь». Судя по дверям и разрисованным кирпичным стенам, это была лаунж зона стилизованная под вампирский нуар. Тимофей, будучи более высоким, просто встал с другой стороны плаката, придерживая его за угол.
— Немного левее, если хочешь ровно! — подсказала я.
— Спасибо! — ответил Хмель и сдвинул вывеску левее. — Будет еще одно слово.
Бросив взгляд на чёрный диван, заметила продолжение надписи. «Свежая».
— Свежая кровь? Зловеще!
— Да? — обрадовался парень. — А я боялся, что на магазинную вывеску смахивает, всё равно что «Свежие булочки» или «Свежее молоко».
— Ну, это же не магазин, а кровь не еда, — заметила я.
— Так что очень антуражненько.
Парни быстро переглянулись. В глазах Хмеля скользнул вопрос и недоумение.
— Ну, бывай, — отчего-то заторопился Тим. Схватил меня под руку, таща на выход. — Вечерком загляну, а сейчас мы пойдем.
— Ох и сложно тебе будет, колючка. Ты же как тот младенец, честное слово! Ничегошеньки не понимаешь. И как старший Кощеев допустил тебя в бар?! Это, в твоем случае, даже опасно.
— А моя стажировка и не в баре должна быть. Я пиар менеджер.
