Но парень не отчаивался, зная, что даже в самом добронравном городе непременно найдется злачное место – пусть не разбойный притон, а обычная дешевая пивнуха, где оттягиваются после смены простые работяги, с бойким матерком перемывая кости правительству, начальникам, женам и тещам.
Пять минут спустя чутье бывшего кобайкера безошибочно вывело Теда к подвальчику с пропаленной посредине вывеской «Чер…ная». Из вариантов с ходу напрашивалась «Червячная» – пилот брезгливо и одновременно одобрительно посмотрел на грязные щербатые ступеньки, залежи мусора под стеной и «украшающие» ее потеки с красноречивым запахом.
Чем ниже уровень бара, тем быстрее и обильнее стекаются туда слухи.
– Кажись, то, что надо, – заключил Тед, первым спускаясь по лестнице. – Блин, и тут! Застегивай комбез, рыжий.
«Понятная причина» висела на двери в виде маленькой, но категоричной таблички, снабженной выразительными рисунками: «Вход со своими выпивкой, едой, оружием, роботами и киборгами запрещен».
– А может, я лучше здесь тебя подожду?
– Еще чего! – Тед не получил бы от выпивки никакого удовольствия, зная, что в это время друг терпеливо зябнет возле помойки. – Не дрейфь, просто веди себя как обычно, и никто не догадается.
Дэн нехотя послушался. Дело не в страхе, просто одно дело – притворяться человеком ради выживания, и совсем другое – для развлечения. Что-то это его совсем не развлекало.
Тед дернул за дверную ручку, и в лицо приятелям пахнуло душным теплом и дымом.
Несмотря на громкую музыку, бармен и десяток посетителей как по команде повернулись к космолетчикам. Лица были не сказать чтобы разбойные, но неприязненные. Видать, городские старожилы, привыкшие расслабляться своей компанией, без чужих глаз.
– Надо же, какие пташки к нам пожаловали! – старческим фальцетом продребезжало из такого темного угла, будто голос подал местный призрак.
– Это грузчики с «Мозгоеда», – сообщил кто-то кому-то, не шибко беспокоясь, что космолетчики могут его услышать.
– Вчера пришвартовались. Сегодня уже в обезьянник успели загреметь.
Тед сделал вид, что безбожно перевранные сплетни его не касаются, и отважно подошел к стойке.
– Чего изволите? – с издевкой поинтересовался у него бармен, явно полагая, что чужаки осмотрятся, поймут, куда попали, и ретируются.
– Два бокала светлого.
Пилот расстегнул куртку и бросил на спинку ближайшего стула, показывая, что напугать его не так-то просто.
