– Что ж, господа любители экзотики, – сказал Бугров будничным тоном, – могу поздравить: утвердили наш коллектив. Три дня на сборы, и жду всех на Луне.
– Ура! – дружно вырвалось из четырёх молодых глоток.
Фьоретта только улыбнулась.
Капитан перевёл взгляд на Ивана:
– Порыбачить успел?
– Ага, – расплылся в улыбке молодой человек.
– Что поймал?
– С десяток стерлядок, пару сомиков.
– Отличный улов!
– Я не один ловил, – признался Иван.
– Люблю стерлядь, запечённую в сметане.
– Я тоже.
Космолётчики зашумели, выражая свою радость своей же востребованностью.
– Мог бы пригласить на уху, – заявил Андрей Нарежный, первый навигатор «Дерзкого».
– Впереди три дня, наловлю и приглашу, – пообещал Ломакин.
Разошлись повеселевшие, обмениваясь полученной информацией о цели полёта и обсуждая характеристики обнаруженной в созвездии Орла планеты.
Полонски догнал Ивана в зале орбитального лифта, соединённого шпагой безгравитационного канала с терминалом в подмосковном Королёве, приобнял за плечи.
– Ты действительно стерлядь ловил?
– Зуб даю!
– В Полтаве?
– В десяти километрах от города, мы с отцом место разведали. Чем тебе Полтава не нравится? Наши речки знаешь какие чистые? Не то что в вашей Польше.
– Националист, – засмеялся Альберт.
– Полтава, между прочим, была украинской, пока лет семьдесят назад Украина снова не присоединилась к России.
– Прилетим с Орла, заеду к вам в Полтаву, проверю, ловится у вас стерлядь или нет.
Я с детства рыбачу.
– Я тоже. Договорились.
На том и расстались.
3«Дерзкий» не зря считался самым совершенным покорителем космических пространств. Выполненный по модульной схеме, он мог легко менять агрегаты, технические системы, интерьеры и объём, что позволяло ему совершенствоваться без длительных капитальных ремонтов и профилактических работ.
Будучи трансформером, крейсер мог менять и геометрию корпуса в зависимости от внешних условий.
На космодроме в кратере Коперник он смотрелся как сложная зеркальная полусфера со множеством красивых геометрических переходов, изгибов и выпуклостей диаметром около четырёхсот метров. Но, взяв старт и удалившись от Луны на тысячу километров, крейсер превратился в ещё более сложный сгусток готически-фрактальных конструкций, по форме близкий к наконечнику копья. Готику порождали антенны ВСП, сворачивающие пространство в подобие «струны».
