Императив «ёж», называемый в просторечии «обломом», разрешал применение силы в отношении людей, создающих помехи работе экипажа при выполнении важных задач, сопряжённых с угрозой безопасности. На памяти Нарежного им ещё никто не пользовался в космофлоте, но Бугрова это не остановило.
– Слушаюсь… – мрачно ответил Полонски.
– Ира, вы идёте со мной, – сказал Бугров, выбираясь из ложемента. – Может понадобиться ваша помощь.
Легрова, олицетворявшая собой всю власть медицины для сохранения здоровья экипажа, с готовностью последовала за капитаном.
Через минуту «броненосец» унёс обоих к «губе кашалота», прикрывающей вход в тоннель.
9Кровавый блик, отразившийся от пирамиды со снесённой вершиной, уколол глаз, и Бугров мимолётно подумал, что добром инцидент не закончится.
Ещё при движении по тоннелю от попавшегося на пути второго беспилотника, спешившего, очевидно, на корабль с очередным донесением, стало известно, что произошло. Поэтому, выводя шлюп над лагерем экспедиции, Бугров знал, что надо делать.
Катера обоих операторов – Ивана и Филиппа – скрылись в дыре, пробитой бластером Каледина, и вот уже больше сорока минут не появлялись.
Ни Шустов, ни Батлер не рискнули отправиться на их поиски, и по их перепалке, забившей эфир над лагерем, можно было понять, что они растеряны и не готовы действовать.
– Слышите? – повернул голову к спутнице Бугров, занимавший кресло пилота. – Вам это ничего не напоминает?
– Синдром Порошенко, – усмехнулась Легрова.
– Что?
– Синдром неуверенности, часто переходящий в агрессию, испытываемый пациентами психиатрических клиник.
– Но ведь и наши парни, и эксперты прошли психологическую спецподготовку на совместимость…
– Возможно, Ваня прав, и в здешнем воздухе летают вирусы.
– Внутри Сферы нет воздуха.
– Это я образно говоря.
– Но все мы прошли дезактивацию и санобработку, никаких вирусов не обнаружили.
– Значит, тут какие-то особые вирусы.
– Ладно, будьте готовы к неприятным сюрпризам.
Шлюп нырнул к пирамиде, завис над ней.
Бугров открыл люк, активировал скафандровую систему защиты, включил антиграв и прыгнул в пролом.
Оба «броненосца» стояли, накренившись, опираясь друг на друга боками. Луч нашлемного фонаря выхватил из полутьмы ребристые стены помещения, покрытые зеркальной чешуёй, какие-то длинные баки-трубы, прикреплённые к стенам, и квадратное отверстие в полу. Это был люк, причём люк, расстрелянный из лучемёта.
Холодные коготки страха прошлись по спине. К ним прибавилось и некомфортное чувство угрозы.
