– Наверное, Сфера сохранила форму именно из-за прочности этого суперуглерода.
Женщины экспедиции молчали. Они являлись специалистами в других областях науки и ждали своего часа, чтобы применить знания в деле.
– Ещё один круг, – объявил капитан Бугров. – Теперь в меридиональном направлении, если не возражаете.
Никаких ориентиров, конечно, Сфера не имела, её магнитное поле практически равнялось нулю, и определить, где север, где юг, было невозможно. Однако для удобства навигации Эрг взял противоположные районы Сферы в качестве полярных реперов, чтобы можно было ориентироваться относительно её поверхности, и она получила условные «экватор», «северный полюс» и «южный полюс».
«Дерзкий» перестал наматывать круги в широтной полосе и направился к «северному полюсу».
А через некоторое время система визуального контроля корабля получила с поверхности отражённый сигнал, и Эрг доложил:
– Фиксирую выход металла.
Оживились не только эксперты исследовательской группы.
– Капитан, разрешите разведрейд? – азартно предложил изнывающий от безделья Ломакин.
– Присоединяюсь! – одобрил его идею Филипп Каледин, входящий в команду исследователей в качестве оператора беспилотных систем и пилота шлюпа.
– Согласен с вами, – отозвался Шустов. – Виталий Семёнович, как вы смотрите на посадку?
– Оценим объект и решим, – сказал Бугров.
С высоты в двести километров, на которую опустился корабль после сообщения Эрга, стали отчетливо видны «выходы металла».
К удивлению космонавтов, это оказался космический корабль, судя по его форме, мало отличимой от ракетных систем землян начала двадцать первого века.
– Капитан! – разволновался Ломакин. – Похоже, мы здесь не первые?!
– Может быть, это корабль строителей Сферы? – нерешительно сказал Нурманн.
– Такой примитивной формы? Строители смогли вырастить Сферу из углерода и при этом пользовались допотопными реактивными ракетами?
– Форма не всегда отражает содержание.
– Эрг, пакет «К» в сигнале! – скомандовал Бугров.
Компьютер выполнил распоряжение капитана, послав вниз на всех доступных диапазонах связи программу контакта, разработанную учёными-ксенологами Земли.
Программа была продублирована на четырёх языках: русском, китайском, английском и математическом.
Однако ответа не последовало. Торчащий из неглубокого кратера чужой космолёт остался нем и недвижим. Не сверкнул ни один лучик света, не шевельнулся ни один люк, если они там, конечно, были, в эфир не просочился ни один радиосигнал.
– Ещё раз.
