– Виталий Семёнович, разрешите обратиться?
– Не спится? – остановился Бугров. – До спуска ещё больше часа.
– Я сон видел…
Светлые глаза капитана пронзили голову оператора двумя скальпелями, ощупали его мозг и отпустили.
– Присядем.
Бугров занял свой командирский ложемент, вырастил второе – «гостевое» кресло, хотя у Ивана имелся свой рабочий модуль.
– Прежде, чем ты поделишься сном, выслушай замечание. Я знаю, что у тебя с оператором группы Вересова начались разборки.
Иван смутился, но взгляда не опустил.
– Нет никаких разборок, командир, честное слово. Курт цепляется к каждому моему слову по одной простой причине: он почему-то вбил себе в голову, что я навожу мосты к Елизавете… э-э, Клод-Сантуш.
В глазах Бугрова всплыли и погасли весёлые огоньки.
– А ты не наводишь?
Иван вспыхнул, покраснел, сделал усилие над собой и сказал с максимальной искренностью, на какую был способен:
– Она красивая… умная… и да, мне нравится. Но он вообще прямо кидается, как… пантера.
– Веди себя сдержанней, лейтенант.
Нотации читать не буду, но мы далеко от Земли, и на корабле не должно быть никаких конфликтов. Существует такая вещь, как корпоративная солидарность.
– Классик говорил иначе, – криво ухмыльнулся Иван.
– Не понял. Что за классик?
– Оскар Уайльд.
– Ты читаешь Уайльда?
– Не только…
– Похвально. И что он говорил?
– Всегда прощайте своих врагов. Ничто другое не раздражает их так сильно. Курт, конечно, не враг мне, но…
– Никаких ехидных шуток, лейтенант, никаких подначек и афоризмов! Веди себя достойно.
– Слушаюсь, – пробормотал Иван, пряча обиду. – Хотя я ничего такого…
– Закрыли тему. Теперь сон.
Иван, запинаясь, пересказал свои утренние сновидения. Выжидательно посмотрел на капитана.
Бугров покивал каким-то своим мыслям.
– Ты прав, процесс пошёл. Хотя ничего конкретного ты пока не вспомнил: когда произошла битва, где, в каком районе Галактики или вообще за пределами Галактики, как далеко от Земли.
– Мне не удаётся контролировать сновидения, – виновато сказал Иван.
– Это же не слипар[23], программу не сменишь.
– Проконсультируйся с госпожой Сантуш. Она не только ксенопсихолог, но и врач, имеет опыт психиатра.
– Хорошо, – кивнул удивлённый предложением Иван, стараясь не показать, как он рад совету. – Обязательно проконсультируюсь. Вересов тоже просил сообщать ему, если я что-нибудь поймаю.
– Разумеется, ты обязан это делать. Единственное, с чем не соглашайся, если он вдруг предложит, так это лечь под пси-сканер.
