Там, помнится, были новые прицельные системы, внутренняя связь, что-то ещё…
— Хорошо, спасибо барон. Извольте отдать приказ о переводе этих троих на флот.
— Итак у нас есть три офицера для флота, — сказал принц, когда получасом позже они собрались обсудить этот вопрос с адмиралом.
— Ничего подобного, ваше величество! — возразил граф Реймонд.
Он уже обжился в старом адмиральском кабинете, который сам же покинул много лет назад. Расставил по полкам призы за спортивные достижения и развесил по стенам выписки из монарших повелений, поздравительные адреса и свидетельства о награждении.
Подчиненные тоже понемногу выползали из щелей и впрягались в работу. Новоиспеченный советник Дейч взял организацию работы в свои руки и управлял персоналом довольно уверенно. Адмиралтейство теперь функционировало, как часовой механизм, вытащенный из какой-нибудь антикварной игрушки. В том смысле, что все их усилия не имели никакого приложения. Флота всё ещё не существовало.
— Ничего подобного, ваше величество! — заявил граф Реймонд.
— Высочество, — поправил адмирала принц.
— Гвардейцы пусть командуют в гвардии, — продолжил возражать адмирал. — Вы не можете просто взять сухопутного офицера и дать ему звание и должность на флоте. — Адмирал подумал и добавил. — Ваше высочество. При всем уважении.
— Ну так выдайте им новые звания своим приказом, адмирал. Ведь для того вы здесь и сидите.
— Без королевского патента? — возмутился тот. — Нет. Именно поэтому боги в великой мудрости своей разделили стихии, а наши предки уподобились им и разделили военные службы.
Флот это флот, конная милиция это конная милиция, а гвардия это гвардия.
— Избавьте меня от банальностей, адмирал, — принц поморщился.
— Короче говоря, патент офицера гвардии на флоте не имеет силы. Разве что вы пристроите их в морскую пехоту. Тогда, конечно, перевод можно устроить.
— Нам нужны флотские офицеры, вы не забыли, адмирал? — рассердился принц.
— Что ж, ваше высочество, они могут поступить юнкерами.
То есть дворянами без звания, на правах волонтеров. Без права занимать командную должность, но с возможностью стажироваться под присмотром офицера.
Постоянное сопротивление подчиненных походило на саботаж, хотя злого умысла в действиях конкретно штабных чиновников не имелось. Что ничуть не успокаивало Фроди. Нежелание бюрократов идти навстречу в казалось бы пустяковых вопросах выматывало принца не меньше абстинентного синдрома.
