— Это специальная жидкость, которая наведёт порядок в твоём организме: уничтожит раковые клетки, вирусы, воспаления, даже паразитов выведет. У неё множество полезных свойств, так что стой спокойно и лечись. Только в обморок не падай, когда начнётся вакцинация, — закончила она, посмеиваясь.
— Я?
— Жаль, капсула непрозрачная, — рассмеялась бортовой врач. — А возмущения–то сколько в голосе!
— Я бы лучше дождался очереди в единственный мед–бокс, чем любовался, как в мои вены закачивают зелёную жижу. Ничего смешного не вижу, кстати.
— Да это у меня так, ассоциативный ряд, не над тобой смеюсь. Ты не представляешь, как часто именно здоровяки–военные падают в обморок от игл или таких капельниц, — весело поделилась Таня, а затем и вовсе хрюкнула от смеха. — Рассказывай про Амирак.
— На чём я остановился? А, говорил о психологии. Вот представь: планета совершенно безопасна, ну, ясное дело, что можно приложить усилия и влипнуть в какую–нибудь хрень, как наша Эля учудила сегодня, например.
— Я тебе ещё выговорю за это.
— А что выговаривать? Наказали в воспитательных целях, вопрос закрыт, — спокойно и уверенно ответил я. — И вот на этой максимально безопасной планете, где нет ни флоры, ни фауны, ни бактерий, которые могут отравить существование, есть Ночь. Точнее даже: Кромешная Тьма. С большой буквы. Знаешь, я даже не думал, что темнота может быть настолько жуткой. Не видно вообще ничего, глазу не за что зацепиться, в какой–то момент ты теряешь ориентиры и в прямом смысле пытаешься держать за землю, потому что больше не за что.
Ты оказываешься наедине с самим собой и это по–настоящему чудовищно и страшно.
Мерное гудение аппаратов неожиданно органично дополнило мой рассказ. Таня находилась под впечатлением, даже фиксировать сведения перестала — я не слышал клацанья бортового компьютера.
— Ну вот как–то так, — подвел я итог за пару секунд до окончания работы волшебной кабинки с проводами и капельницами.
Как только приборы учёта и трубочки с препаратами отвалились, обернулся, чтобы посмотреть, чем так занята моя красавица, что совсем не реагирует на интересный рассказ.
И тут же дёрнулся в её сторону, потому что девушка сидела с огромными круглыми глазами и не моргала.
— Тань, ты чего? Тебе плохо? — перепугался я не на шутку, хватая её за руку и нащупывая пульс.
— Н–н–нормальн-н-го, — стуча зубами ответила моя красавица, медленно приходя в себя.
— Чёрт! Прости, пожалуйста.
— Всё нормально, правда. Уже в порядке.
