И вот сейчас в представлении девочки история повторялась: от нее снова отказывались и предавали только зародившееся доверие! — Ты по-настоящему стала для меня дочерью, и теперь я уже не смогу перестать тебя любить, даже если захочу!
— Что бы ни происходило, ты навсегда останешься для меня любимой сестрой, — я встала и, поправив юбку, села прямо на мягкий ковер перед Марьей и заглянула ей в глаза. — Да — ты дочь нашего императора, да — мы сами узнали об этом не так давно, как раз в момент твоей инициации, но для нас с маменькой ничего не изменилось! А папенька всегда тебя любил, просто показать не умеет.
Все это время мы стремились тебя защитить и думали, как разрешить тебе заниматься магией и не выдать уникальной силы, ведь сейчас очень неспокойные времена, и твоя жизнь в любой момент может подвергнуться опасности.
— По их плану ты вообще не должна была узнать, кто твой настоящий отец, — оглядывая нас холодным взглядом, проговорил царь. — Хорошо хоть Старица в кои-то веки решила вмешаться и рассказала мне о тебе.
— Ваше Величество! — воскликнул отец, но монарх взмахом руки его остановил.
— Знаю! Все твои доводы знаю! — холодно, но с толикой усталости проговорил царь. — Но хочу, чтобы и ты знал, что только благодаря Старице и ее заверениям твоя голова сейчас на месте, и я все еще продолжаю тебе доверять! — и, прикрыв глаза, потер пальцами переносицу.
В комнате опять повисла тягостная тишина. Марья, казалось, совсем потерялась в своих мыслях и чувствах.
— А кто моя настоящая мама? — внезапно спросила она.
— Моя сестра, Мария Харитоновна Раевская. Она умерла сразу после твоего рождения, — ответил мой отец.
— Из-за меня? — очень серьезно спросила девочка. Но было в ее голосе что-то такое, что заставило обнять ее коленки еще сильнее.
— Нет, Марьюшка. — мягко, но уверенно, ответил князь. — Она просто сильно заболела после родов и умерла. Тогда я и забрал тебя к нам.
Я была благодарна отцу, что он слукавил и не рассказал, что ее мать сгорела в послеродовой горячке.
Ведь бедной девочке будет сложно объяснить, что в этом виновата вовсе не она, а отсутствие грамотной помощи и элементарных знаний о медицине.
— А почему ты не отдал меня родному отцу? — испытующе глядя на него, спросила девочка.
— Это сложный вопрос, Марья, — неожиданно ответил за него царь. — Но сейчас, глядя на тебя, я рад, что все обернулось именно так. Боюсь, что при дворе тебе было бы гораздо хуже, чем в семье Раевских.
