«Ну что, рожа клоунская, думаешь, в угол зажал и никуда я не денусь? Еще как денусь! Еще и face твой аглицкий лично разрисую так, что клоуны обзавидуются! Дай только время! Ага, подходящее…» — кипела моя внутренняя белочка, поставив лапки в бока и сделав зверское выражение мордочки.
— Отпусти мою женщину, Ричард, — обратился он к другу, подходя ко мне.
Тот усмехнулся и ответил.
— Твоя женщина чуть не отправила тебя на тот свет.
— Твоя недалеко от нее ушла, — парировал Фрэнсис и применил к нам обеим какое-то ментальное сковывающее заклинание, из-за которого мы не могли пошевелить даже пальцем.
«У-у-у, гад ползучий! Я тебе это припомню! Ты у меня такой клоунский раскрас получишь — закачаешься!»
Четверка мужчин, двое из которых, судя по репликам, были магами, удостоверились, что больше не нужны своим начальникам, и вышли из комнаты.
— Ну и что с вами делать? — оставшиеся с нами англичане уставились на нас сузившимися глазами.
У меня мурашки побежали по коже. Заклинание, которое на нас накинул граф, уже давно поглотила вышивка, хотя на этот раз ей понадобилось больше времени.
Видимо, она уже исчерпала свой ресурс и больше нам не поможет. А потому мы с принцессой не торопились показывать, что уже свободны от заклинания, и, лишь скосив друг на дружку глаза, продолжали стоят на месте. Боевые белочки все еще сидели в окопе и ждали свой шанс.
В этот момент в коридоре послышались шум и крики, а потом в комнату вошли чуть помятые Дима и Иван. Как я удержалась на месте и не бросилась к мужу на шею, не знала.
Только осознание того, что меня тут же снова спеленают, а я уже ничего не смогу с этим сделать, удержало от необдуманного шага. Царевна тоже не двинулась с места, хотя краем глаза я и видела, что тоже сдержалась в последний момент. Я впилась взглядом в черты родного лица, замечая, как сильно Дима зол и переживает. Наши похитители переместились к нам за спины, а Фрэнсис положил ладонь мне на талию, а подбородок на мое плечо, нервируя и меня, и Диму.
— Какие у нас гости, друг мой Ричард! Неужели ты отправил с гонцом не все их побрякушки, и нас вычислили? — зло закончил он, глядя при этом на Диму и поглаживая меня большим пальцем по животу.
— Возможно, мы не все знаем о наших девушках.
— Отпустите мою жену и царевну, господа. И я обещаю, что вы останетесь живы, — холодно, не обращая внимания на их беседу, потребовал Дима, не отрывая от меня взгляда."
"— Вы думаете, что мы в это поверим? — спросил со скепсисом Вудвилл.
— У вас нет выбора.
