Но магия в ней определенно есть, пусть сама она об этом не догадывается.
Наблюдая за тем, как она наносит мне на лицо какую-то тональную краску, увидел, что использует тень. Она и кисточкой начала мазать из тени, которую отбрасывал на щеку мой нос. Этими легкими мазками, она вытаскивала из кладовой теней нужный ей образ. Это был не просто грим, мое лицо в самом деле начало обретать японские черты.
Через десять минут я себя просто не мог узнать. Вроде бы лицо мое, оно не изменилось, но в тоже время это лицо явно азиатское.
— Кать, если б не видел своими глазами, не поверил бы. Теперь я буду думать, что в моей внешности есть что-то азиатское.
— У каждого во внешности есть что-то азиатское, — отмахнулась Катя, — Это нужно просто разглядеть и…
— Что «и»? — спросил я с интересом.
Катя оттянула уголок рта, задумавшись.
— … и выделить эти черты при помощи косметики.
— Нет, Катя. Ты не просто выделяешь черты. Ты вытаскиваешь образ из тени. Ты тоже мастер теней, как и твоя бабушка. Только ты свой дар используешь иначе.
— Да ладно… — не очень уверенно начала возражать Катя, но замолчала.
— Максим прав, — включился в разговор дядя Боря, — То, что ты делаешь — это магия. Просто она не требует запасов Маны. Твоя магия такая же тонкая штука, как и Максимово видение.
Катя не захотела развивать тему, а мы с дядей Борей тактично не стали навязывать. Нелегко это, принять надежду, когда тебе с детства твердили о бесталанности. Вдруг надежда окажется пустой? Несбывшиеся надежды как незаживающие раны, долго болят.
Катя выгнала меня с табурета, сама села перед зеркалом и за несколько минут превратила себя в японку. Причем ее собственный образ получился более отточенным, чем мой. Ну еще бы, над собой Катя работала намного дольше. Себя знает гораздо лучше.
— Поразительно, — восхитился дядя Боря, когда она закончила.
— Дядь Борь, вы попросите Катю, она вас тоже превратит в японца. Станете достопримечательностью русского сектора. Будем показывать вас туристам и рассказывать, что у нас в дворниках чистокровный японец.
Дядя Боря рассмеялся, оценив шутку.
После дворницкой отправились к зданию русской канцелярии конклава. Где выписывают пропуска, уже знаем. Окинув взглядом очередь, не вместившуюся в тесное помещение пункта выдачи пропусков, мы с Катей пристроились в ее высунувшийся на улицу хвост.
— За кем будем? — спросил я деловито.
— За мной не занимали, — ответила женщина средних лет, — О, китайцы, а по-русски хорошо говорите.
