Когда оркестр начал новую мелодию, Хэйв повернулся ко мне, галантно поклонился и предложил:
— Леди Алиса, смею ли я просить вас о танце?
И подал руку.
Его ладонь скользнула по моей спине, замерев на талии — даже сквозь ткань платья это прикосновение обожгло кожу; дрожь пробежала по позвоночнику, растекаясь по всему телу предательскими, колкими мурашками.
На очередном па, делая поворот, Хэйв сильнее прижал меня к себе, отчего моё дыхание сбилось. Музыка отступила куда-то вдаль — всё заполнил гулкий стук наших сердец.
На моих щеках расцвели алые бутоны смущённого возбуждения.
Мы танцевали, знакомились и общались с гостями. Вечер протекал легко и непринуждённо. Нас представили Болдрам, живущих в столице. А после подвели к наследнику клана по имени Зорвар. Хмурый мужчина смотрел на меня изучающее, и даже неодобрительно — ему явно не понравился вырез на моём платье. Глядя на Зогвара, я будто видела отражение молодого Эрленда — такого же сурового и резкого в суждениях, с той же хищной грацией в каждом жесте.
"
"Всё это время старейшина отсутствовал. И объявился аккурат, когда Хэйвард выводил меня с танцпола.
— А теперь перейдём к десерту! — гулкий голос старого Дрэйха разнёсся над головами гостей, заставляя смолкнуть собравшихся.
«О чём это он? Мы же даже ещё не сели ужинать!» — мелькнула мысль и исчезла в водовороте понёсшихся вскачь событий…
Толпа вдруг разошлась в стороны, открывая проход между троном Эрленда Дрэйха и нами. Я и Хэйвард, держась за руки, так и застыли в центре бальной залы, удивлённо взирая на старика.
В руках Эрленда покоилась странная золотая шкатулка, испещрённая вязью символов. Вот он откинул крышку и достал из недр ларца кристалл. Кристалл-кинжал с навершием в виде бутона.
Короткий взмах и вот кровь старика впиталась в гладкое лезвие. Бутон задрожал. Острые края тонких лепестков завораживающе раскрылись в прекрасную розу, сверкнув в лучах магических светильников пугающей тьмой.
Я как в замедленной съёмке поглядела в лицо лорда-хранителя, только сейчас в полной мере понимая, почему Эрленда называют «лорд-страж» — он сумел подчинить себе магию цветка-кристалла.
Управлять ею. Лицо старейшины стало мертвенно-синим, глаза превратились в ониксовые провалы, внутри них заклубилась, взволновалась бездонная тьма, мышечные шейные тяжи натянулись до предела, резче обозначились скулы, стремясь прорвать тонкую сухую кожу.
Воздух вокруг него густел и плавился, как стекло в печи мастера.
