"
"— Малец мне не нужен, — от прозвучавшего голоса холодного, как зимняя стужа, Рене вся сжалась, боясь лишний раз шевельнуться. — Он неполноценен, его звёзды не стабильны. Она же вполне сгодится. Убей пацана. Отдай мне только её и своего отца!
Слова существа прозвучали приговором. Сердце бедной женщины чуть не лопнуло от страха.
— Не-ет! — отчаянно вскрикнула мать, закрывая собой в голос рыдающего мальчика.
— А ну, пшла прочь, тварь! — Борг, не шибко напрягаясь, оторвал Рене от ребёнка и с силой толкнул её прямо на символы, первый ряд которых тут же занялся светло-голубым пламенем.
Одновременно с этим парень крепко приложил кулаком по тощей груди сводного брата, отправив малыша в полёт. — Подохни-и! — отвратительно осклабившись, прорычал свихнувшийся орк.
Крик матери и сына слились в один!
Лилу, больно ударившись о каменную стену, упал на пол и замер изломанной куклой. Сознание его плыло, в глазах двоилось, дышать удавалось с большим трудом.
— Лилу-у!!! — надрывалась бедная мать, почти не ощущая боль физическую от синего огня — сейчас её душу на лоскуты рвали чувства беспомощности и безысходности.
Преодолеть стену, возникшую вокруг, она, сколько ни билась, опаляя руки и тело, так и не смогла. А сзади к ней подползал монстр, стремясь коснуться вожделенного тела.
— Ма-ма… — окровавленным ртом выдохнул ребёнок. — Лис-са… спас-си… — и, собрав остатки воли в кулак, закусив губу, сжал в руках монетку. — Аших-Мэйлу! — слово-активатор вылетело практически беззвучно, и Лилу потерял сознание.
Борг, тяжело шагая, подошёл к брату, небрежно ткнул носком сапога худенькое тельце.
— Думаю, пусть тебя сожрут роттеры, их тут много, они вечно голодные, — безумный огонь в глазах орка горел торжеством. Он добился своего. Он отомстил. Взгляд сам собой метнулся в угол — там связанным лежал Инг с кляпом во рту и пучил глаза на старшего сына. — Отец, вот зря ты клятву дал. Теперь и ты станешь кормом для моего Хозяина. С помощью мачехи и твоей я стану самым могущественным магом на этих землях, и смогу бросить вызов главе клана Дрэйхов.
Меня ждёт богатство, власть… Бессмертие! — от представшей перед внутренним взором картины Борг сладострастно-предвкушающе облизнулся.
Его не трогал крик обезумевшей от горя матери, его не волновал полный мольбы взгляд Инга, он не обращал внимания на лежащего ничком Лилу…
Борг просто смотрел, нетерпеливо переставляя ногами, как к Рене, миллиметр за миллиметром подкрадывается антрацитовая клякса.
