– Малек собирался меня найти. Пообещал, что уедет, как только сможет. Что будет оберегать нашего сына и привезет ко мне, и мы будем проводить вечность вместе – мы втроем, безо всяких корон и королевств. Он пообещал забрать нас в Илизиум.
Она открыла глаза, и они… блестели от слез.
– Прошли годы, и война распространилась по миру. Мне пришлось… скрывать, кто я. Благодаря темным глазам другие Вознесшиеся не подвергали сомнению, что я одна из них, поэтому я стала прятаться от дневного света и осталась среди них, по-прежнему веря, что Малек ко мне придет.
Я никогда не теряла веры. Многие давали мне убежище, и я узнала, что Джалара с Водинских островов собирает войска у Помпея, куда атлантианцы стянули огромную армию. Я увидела в этом возможность узнать, что случилось с Малеком и моим сыном. – Ее ноздри раздувались. – Сын уже был бы почти взрослым и, наверное, не узнал бы меня, но меня это не волновало. Я помогла бы ему вспомнить.
Она спустилась на одну ступеньку."
"– Итак, я присоединилась у Помпея к Джаларе и знаете, кого увидела во главе атлантианского войска? Недавно коронованного короля Валина Да’Нира.
И тогда я поняла. – Она сжала кулаки, и ее голос задрожал. – Поняла, что моего сына больше нет. Что, возможно, его нет с тех самых пор, как я покинула Атлантию, и они могли добраться до него только в том случае, если что-то сделали с Малеком. Годами я ждала их, не сдаваясь, а они забрали их у меня! Он был всем, что я когда-либо хотела, – закричала она, и я содрогнулась от ее слов. Она глубоко вздохнула, и платье на ее груди натянулось.
– Они забрали у меня все. Моего сына. Моего Малека, а я не сделала ничего плохого, только любила, и, боги, я больше никогда так не полюблю. Вот и все. Вот и все.
Она рубанула рукой воздух.
– Они могли бы все остановить в любой момент. Достаточно было рассказать правду о Малеке и мне. Что я не вампир. Что его изгнали несправедливо. Но в таком случае они бы признались в том, что совершили. Выдали бы свою ложь. Признались бы в убийстве детей, – прошипела она, и я вздрогнула, потому что… так и было.
– И им пришлось бы вернуть корону, если бы Малек этого пожелал. Поэтому, разумеется, они ничего не сделали. И вот к чему мы пришли, – тихо произнесла она. – К этому.
Она подняла руки и широко развела.
– Все это из-за них. Они разожгли пожар и раздували его, а теперь он вышел из-под их контроля, потому что я – пожар, и заберу у них все.
У них.
Не у Атлантии.
И на самом деле даже не у них. А у нее – вот что она имеет в виду.
