После всего произошедшего будет трудно запомнить все имена, но я запомнила Свена – он очень походил на сына, которого мы встретили у конюшен. Среди остальных троих Старейших были двое мужчин – как я подозревала, – смертных, и атлантианка.
Все сидели в молчании и смотрели на Кастила. Их суммарный возраст и опыт были устрашающими. Мышцы моей шеи и спины одеревенели, корона внезапно стала тяжелее. Возникло желание съежиться в кресле, стать как можно меньше и незаметнее, но через миг все прошло – я не маленькая и не незаметная.
И больше никогда такой не буду.
– Я не знаком с формальностями подобных встреч, но те из вас, кто меня знает, прекрасно осведомлены, что я не любитель формальностей, – начал Кастил и посмотрел на меня. – Моя жена Пенеллаф – тоже. Так что мы вполне можем пропустить эту часть. Нам нужно многое обсудить, и мы не хотим тратить время впустую.
– Можно высказаться? – произнес светлокожий мужчина с золотистыми глазами, сидящий в середине стола.
Этого человека не было в приемной.
Я бы узнала его светлые, как лед, волосы. Я могла думать только о том, как в прошлый раз, когда сидела за столом с Кастилом, были произнесены похожие слова.
– Разумеется, лорд Амброуз. – Кастил откинулся на спинку и положил руки на подлокотники.
– Лорд Грегори говорил за тех из нас, кто обеспокоен, – начал атлантианец, и я сосредоточила чутье на нем. Его обволакивало недоверие. – Мы понимаем, что ничего нельзя было сделать, чтобы помешать вашему вступлению на престол, но мы считаем своим долгом выразить обеспокоенность.
Сидящая напротив него Уилла отпила виски и, ничуть не скрывая, закатила глаза.
– Разве лорд Грегори уже не выступил с вашими опасениями в храме? – спросил Кастил, наклонив голову. – Полагаю, он выразил их исчерпывающе. Точнее, ваша королева выразила их исчерпывающе.
Амброуз бросил взгляд на меня.
– Выразила, и она права. Мы ее не знаем, и она воспитана врагами. Заявление прозвучало, но обсуждения не последовало.
– Тут нечего обсуждать помимо того, что уже прозвучало, – заговорила я, встретив пристальный взгляд Амброуза.
– Я понимаю ваши опасения, но также знаю, что никакие мои слова их не отменят. Я лишь могу доказать, что вам нечего бояться.
– Если вы хотите доказать, что бояться нечего, вы не должны протестовать против того, что мы высказываем опасения, – возразил Амброуз.
– Я не протестую.
Кастил начал барабанить пальцем по подлокотнику. Его кольцо негромко стучало по дереву.
